Наместник смерти

Вот-вот нас придет проверять Ароф и что я ему скажу, когда он обнаружит меня одного?

– Скажешь, что я отошел отлить.

– Ага, и пропал, – скептически хмыкнул Стагон. – Тем более как ты собираешься незаметно покинуть поместье, а потом вернуться обратно. Или ты думаешь, что стража на воротах не заметит, как ты проходишь прямо перед их носом.

– Это уже мои проблемы. Тебе же надо лишь создать видимость, что я нахожусь здесь на территории поместья, добросовестно неся свою службу.

– Да уж. Проще сказать, чем сделать. И куда это ты намылился? Что так не терпится сбегать к той шлюхе в бордель? Но, думаю, это может подождать и до завтра.

– Нет. Я же сказал, что у меня срочное дело и пока я не могу тебе рассказать о нем.

– Это как-то касается нашего с тобой общего дела? – поинтересовался наемник, быстро оглядываясь по сторонам, чтобы в очередной раз убедиться что нас никто не подслушивает.

– В какой-то степени да, – соврал я.

 – Ты же знаешь, что я все-равно сделаю то, что задумал, поможешь ты мне в этом или нет.

– А ты прекрасно знаешь, что проблемы будут у нас обоих, если ты что-то выкинешь, а в третий раз нас к Лассу уже точно не примут.

– Тогда у тебя нет выбора. Придется тебе мне помочь, и, кстати, чем дольше ты со мной препираешься, тем сложнее становится твоя задача.

Стагон разразился негромкими проклятиями, кляня тот день, когда познакомился со мной.

Я лишь нагло улыбался в ответ. Наконец наемник махнул в мою сторону рукой и я, приняв это за согласие, оставил его одного. В эту ночь нам как обычно велели патрулировать территорию поместья. Ласс так и не простив своему отцу того, что он против его воли вернул нас к нему на службу, срывал злость на нас. Проявлялось это в том, что нам в отряде доставалась самая черная работа, хотя обычно этим занимались новички, коими мы уже не являлись. Ласс не подпускал нас близко к себе, предпочитая ставить на ночь у своих дверей других членов нашего отряда. Сегодня, впрочем, это как никогда играло мне на руку.

Я осторожно направился через двор поместья к задним воротам, находившимся чуть дальше любимой оранжереи Ласса. Вслушиваясь в ночную темноту, я внимательно оглядывался по сторонам, пытаясь не наткнуться на ночных стражников, вместе с нами патрулировавших этой ночью территорию поместья.