Осенняя сказка

Вчерашнее откровение свекрови вмиг осадило ее амбиции и притязания.

– Ты хоть понимаешь, какую петлю затягиваешь на своей шее? С кем ты хочешь в гордость играть? С жизнью? Она, милая, и не таким рога обламывала. Усмири гордыню свою, – пропела Соня то ли в шутку, то ли всерьез. – Впрочем, тебе виднее. Всем нам тошно. Каждому по-своему. И у тебя, поверь, далеко не наихудший вариант тошноты. Счастье – птица завтрашнего дня. День сегодняшний она посещает крайне редко, да и не задерживается в нем почему-то. Чирикнет, разбередит душу и упорхнет.

И ни поймать ее, ни в клетку посадить никому пока не удалось.

– Я не хуже тебя все понимаю, – с раздражением ответила Лидка. – Я его и не искала, счастья этого. Я и сейчас его не хочу. Я хочу просто жить. Без кур, без кроликов и без маман.

– И без денег, – с безмятежным спокойствием припечатала Соня. Нечем было Лидке крыть эту карту, потому и промолчала.

Коротко кивнув, Соня вздохнула.

– Наша песня хороша, начинай сначала. И сколько бы ты ее ни начинала, вся твоя песенка будет сводиться к деньгам.

На дудке играют те, у кого деньги есть. А те, у кого их нет, под эту дудку и поют, и пляшут. А плясать под чужую дудку всегда тошно, кто бы тебе на ней не играл. Все мы это понимаем, но изменить ничего не можем.

– Ты, кажется, согласилась. Зачем ты опять завелась? – недовольно поморщилась Лидка.

– А затем, что одна ты в любом случае жить не будешь, – Соня налегла грудью на стол и вся подалась к Лидке. – И еще неизвестно, что тебе этот Акакий Акакиевич на своей дудке сыграет.

– Кто? – Лидка удивленно уставилась на подругу.

– Это я так, – улыбнулась Соня. – Аркадий Аркадиевич Нестеров, шестидесяти лет отроду. Холост и, насколько мне известно, таковым всегда и был. Но двухкомнатная квартирка у него все же имеется, и довольно приличная, заметь, квартирка. То история отдельная, родственники помогли.

– Еще неизвестно, согласится ли он, – с сомнением вставила Лидка.

– Смотря, каким боком подмазаться, – махнув рукой, перебила ее Соня.

 – Впрочем, будешь вести себя правильно, в дурах не останешься. Мужик, он и в шестьдесят – не баба. Захочется ему своим шестидесятником возле твоего тридцатника погреться, может, еще и под твою дудку спляшет.

– Да он мне в отцы годится, – с негодованием ответила Лидка.

– Ладно, давай-ка мы с тобой сегодня поднатужимся да поднажмем, – игнорируя возмущение подруги, сказала Соня. – Заеду я к нему вечерком. Потом тебе домой позвоню.