Кошачий бог

Я не знаю функции, только математические и то плохо, вот Санька…

– Погоди с Санькой, вопрос был иначе поставлен. Я – живой человек со всеми человеческими потребностями? Здесь нужно будет добывать натуральную пищу, остерегаться контактов с теми, кто способен противоестественно отключить от жизнеобеспечения? Я правильно тебя понял?

– Правильно… слышишь выстрелы? Это кого-то убивают! А не отключают…

Ульяна вновь зарыдала, закрыла лицо руками, вздрагивая всем телом. Разведлет не очень хорошо ее понял, снял наушники.

Он не знал такой болезни, когда человек трясется и пищит, лицо краснеет, пухнет, мокнет, источником потери жидкости являются глаза. Но ИРум не нашел вирусов, она вполне здорова и будет матерью.

– Что я должен делать в такой ситуации? – задал он вопрос ИРуму.

ИРум не отреагировал на запрос, посчитав, что не стоит обращать внимания.

– Пожалеть! – внезапно откликнулся батя.

Связь появилась, короткая, прерывистая, но устойчиво приближающаяся к точке постоянства. Пожалеть-пожалеть… А это как? Пойти на ручной контакт? Бабушка гладила по голове, приговаривая: «Мой маленький»… Обнимала тесно.

Но тут нет места, чтобы обнять. Разведлет осторожно положил ладонь на темечко – место управления эмоциями ребенка. Ну конечно! Ульяна же еще дитя! Что-то мешало в горле сказать: «Моя маленькая». Слова, словно застревали от непривычных терминов. Как-то он проскрипел это. Она отреагировала. Убрала лишние выделения с лица и носа, проворочала: «Я – не твоя… но, правда, совсем маленькая букашка. И мне всё время очень страшно. Ты что же? Не понимаешь, почему плачут (ревут)?»

– Не понимаю. Непродуктивно организму терять жидкость.

– Первый-Первый, Главный вызывает!

– Готовность номер один. Жду приказаний.

– Даю координаты поселения и вылета. До встречи, малыш!

– Есть, командир! К летучим мишкам полетим, батяня?!

– Не родились еще твои мишки. Исполнять! Кстати, расскажи ей в полете о кошачьем боге, моя Удача настаивает на этом. Знаешь сам, как трудно с женскими особями найти целесообразные отношения.

Вперед, малыш, вперед, потом поговорим. Конец связи.

– Отбой.

Потом, так потом. Он надел рабочий шлем, проверил параметры, они покинули насиженное место невдалеке от монастыря. Он не стал закрывать визуальный обзор, зелень радовала глаз. Значит, и моих потомков – моей команды разведчиков еще не существует. Он вздохнул. На экране строкой загорелся сигнал самоконтроля мозга пилота: «Пауза, начать повторную проверку без эмоций.