Большая игра в рукаве Ориона. Роман второй. «Золотое дно»

С момента захвата повстанцами «Орла», флаг стал прочно ассоциироваться с ними.

Из толпы, прямо к Рязанцеву, направился один из русских десантников, с большим таким вот «осиным» угольным шевроном на рукаве. По пути он снял шлем, и я узнал полковника Игоря Одинцова. Выглядел он совсем так, как его изображали медиа: лёгок, подтянут, мускулист, но не так тяжело, как принято в десанте. Он носил, как и Головин усы – как писали его поклонники и особенно поклонницы, это придавало ему сходство с русскими деятелями далёкого прошлого.

Вероятно, это ему льстило, раз он их носил. На мой взгляд, выглядели, эти, слегка закрученные вверх, усы глупо. Сам Одинцов нравился людям, и, как я ранее уже говорил, был лично мне симпатичен тем, что слова у него не расходились с делами. По моему личному мнению – это был очень неплохой для русских вариант нового военного лидера, когда умение нравиться людям, решительность и военная удача сочетались в одном человеке. Время для Игоря Одинцова сейчас было тоже подходящее.

Как мне показалось, он был, немного, позёр:

– Павел…, – с радостью и явным удовольствием от встречи сказал Одинцов, подходя и обнимая Рязанцева, – это было грандиозно! Прими мои комплименты. Образцовый показательный бой, как на тренажёрах. Правдоподобность, азарт – всё на такой тонкой грани!

Русские вообще любят обниматься. Похоже, что объятия – ритуальный элемент их боевого братства. У имперцев это исключительно солдатский обычай. Совсем не могу представить себе, чтобы обнимались имперские или ганзейские офицеры.

Дистанция.

– Игорь, – сказал Рязанцев, – хочу представить тебе: капитан рейдера «Барон фон Врангель», Франц фон Кассель.

– Рад видеть Вас, капитан, – сказал мне Одинцов на хорошем имперском. Он подал мне руку и по-имперски же щёлкнул каблуками десантных гравиботинок, – Полковник Одинцов, к вашим услугам.

– Я немного говорю по-русски, – сказал я, отвечая на приветствие – Могу сказать, что я Вас таким и представлял.

– Без хвоста, как у продвинутой части человечества? – пошутил Одинцов на тему модификаций тела у террисов, и добавил, – У нас мало времени, друзья, нужно решать, как действуем дальше, не поменялись ли наши планы.

И вообще, мы можем остаться втроём? – спросил он то ли меня, то ли Павла.

Интересно, кто-то видел когда-нибудь терриса с хвостом?

– Капитан? – посмотрел на меня вопросительно Рязанцев.

– Всем покинуть отсек управления, – приказал я, оглядывая капитанский мостик.