Похитители бриллиантов

Я думаю, ты и не такое видал – ведь ты весь свет изъездил. Меня удивляет, что настолько закоренелый путешественник, как ты, обращает внимание на такую ерунду! Куда девался твой недавний пыл? И где твои шуточки насчет важных господ, прогуливающихся по парижским тротуарам? Смотри, ведь все у нас устраивается самым лучшим образом! Охота была удачная, за проезд мы заплатили и обеспечили этих несчастных крупной дичью… Дай мне только вытащить колючки у Жозефа, и мы вернемся на реку. Ты сможешь поплескаться, покуда мы займемся моим слоном.

А потом я тебя натру жиром этого симпатичного толстокожего. Говорят, нет лучшего средства для заживления ран. А затем мы пообедаем тушеной слоновьей ногой… Если верить путешественникам, это очень вкусная штука.

– Как ни посмотри, ты прав, – ответил Альбер, успокоившись от таких сердечных слов. – Но моя кровь вскипает сильнее, чем раскаленная лава, и я прихожу в бешенство, когда думаю, что мы здесь застрянем, в этом проклятом месте.

– Застрянем? Как это мы застрянем? Почему?

– А ты разве не остался без коня?

– Тем лучше! Я пойду пешком и буду охотиться на своих двоих.

Этак я, по крайней мере, не рискую свернуть себе шею. Наконец, я добуду себе лошадь на ближайшем пункте, который попадется нам по дороге.

Восторженные возгласы, скорей похожие на вой, прервали их разговор. Это чернокожие, привлеченные выстрелами и надеждой на обильную еду, двинулись по следам охотников и, увидев на берегу реки животное, убитое Александром, кричали от радости.

А наш новоиспеченный хирург уже сложил инструменты, подобрал карабин и ушел в том направлении, откуда доносились крики. Его товарищи следовали за ним, ведя в поводу изнуренных лошадей.

Бечуаны были измучены голодом, и голод торопил их. Однако они ожидали, пока придут законные владельцы туши. На радостях, а может быть, и для того, чтобы как-нибудь скрасить томительное ожидание, они затеяли пляску, в равной мере живописную и бешеную. Тот, который служил нашим европейцам проводником, стоял рядом с тушей и потрясал копьем, которое готов был вонзить ей в бок.

Европейцы не могли сдержать возгласов удивления, увидев эту чудовищную тушу. Гигантской величины слон возвышался над водой, как глыба серого гранита. Прирученный слон, встречающийся в Индии, или такой, какого показывают в зверинцах, не выдержал бы ни малейшего сравнения с этим могучим первобытным африканцем, павшим на родной земле.