Песня сердца. Вырождение

Она никогда не замечала – его пронзительные серые глаза больше напоминали волчьи. Холодный взгляд. Он пугал Элизабет, но в тоже время безумно привлекал.

– Лиз, – толкнула ее вбок Кассандра. – Что с тобой?

– Нет, все в порядке. Я немного задумалась.

– Ты же приготовишь свое фирменное печенье, Элизабет? – не унималась Уордейл. За пять минут, пока она летала в облаках, пухлая католичка успела составить список ярмарочный развлечений.

– Разумеется.

– Тогда, до следующего воскресенья, – провозгласила Литисия, которой до жути надоело торчать в церкви.

– Нет, – тихо ответила Элизабет. – Мне нужно исповедаться.

– Нашла момент, – усхмехнулась Кассандра. – Святому отцу необходим отдых после такой восхитительной проповеди.

Она специально подчеркнула слово «восхитительный». Скорее это напоминало «страстный» или «возбуждающий». К счастью, Кассандра не забыла, что находится в доме Господнем.

– Я совсем не устал, – лукаво улыбнулся священник. – Исповедь прихожан для меня самое святое – никак не могу отказать им в этом праве.

Женщины удалились, оставив Элизабет один на один с Николасом. Воцарилось неловкое молчание. Почему-то никто не спешил его нарушать. Почти никто. В тот самый момент, когда Элизабет открыла рот, но еще не успела проронить ни звука, к ней с радостным криком подбежала Сесилла:

– Мама!

Девочка бросилась на шею Элизабет, как будто не видела ее целую вечность.

– Сесси, милая, – она подхватила ее на руки. – Какая же ты стала тяжелая.

– Пойдем, папа уже подогнал машину.

– Езжайте без меня. Мне нужно исповедаться.

– Ну, мама! – нахмурилась малышка.

Элизабет погладила ее по голове и опустила вниз.

– Обещаю, что быстро вернусь. А теперь беги к папе.

Сесилла поцеловала маму в щеку и опрометью бросилась обратно. Джек ожидал, что дочь вернется одна. Вздохнув, он завел машину и направился в ближайшее кафе-мороженое, оставив Элизабет с похотливым священником.

Вот она. Новая жертва отца Николаса. Стоит перед ним и преданно смотрит в глаза. Ах, как он любит свое положение, благодаря которому он может безнаказанно совершать любые поступки. Никому бы и в голову не пришло, что он не так уж и свят. Две проститутки… У него насчитывалось около дюжины любовниц. Среди них оказались и несколько юношей.

Прихожанка пожирала его глазами.