Золотой корсар

Лицо Вендрамина исказилось.

– Кто вбил ему в голову подобные мысли? – пробормотал он. – Должно быть, те проклятые книги, что всегда у него под рукой!

– Боже мой, да, – сказал Паоло. – Да, это из книг я узнал, что нет ничего более прекрасного, более желанного, более достойного человека отважного, чем жизнь морского разбойника, жизнь, о которой все вы мечтали в двадцать лет, но на которую, ввиду слабоволия, так и не решились. Я же, в отличие от вас, чувствую в себе энергию, и я стану корсаром… Ну что, выпьем за мои будущие успехи?

До краев наполнив стакан, Паоло поднял его, и никто не осмелился его урезонить.

Старый рыбак поднялся на ноги, плеснул себе вина и промолвил:

– Пью за твои доблестные подвиги, малыш. Уверен, вскоре все Средиземноморье будет знать твое имя. Я знавал много отважных капитанов, которых ни шрапнель, ни бури, ничто не могло остановить… В твои годы они были такими же. Начинаешь ты хорошо.

Сотня стаканов потянулась тогда к стакану Паоло, и в адрес его зазвучали здравицы.

– А теперь, – воскликнул юноша, гордый тем, что все, за исключением Вендрамина, поддержали его, – танцы!

Он обхватил за талию красивую девушку, ударили тамбурины, и начался бал, радостный, оживленный, вскоре ставший безумным и шумным.

Один лишь Вендрамин не принимал участия в общем веселье.

Посреди праздника Паоло покинул гостей…

Его неразлучный спутник последовал за ним.

Стоя на берегу, юноша, который не знал ничего о судьбе спасенной им женщины, задумчиво смотрел на американский бриг, вышедший в открытое море.

Глава IV, в которой орла променяли на кукушку

Когда Паоло и Вендрамин добрались до набережной, уже наступил вечер, и все вокруг было затянуто легкой полупрозрачной дымкой.

Обычно Вендрамин следовал за другом без особых раздумий: Паоло никогда не посвящал его в свои планы заранее – он задавал направление, а великан послушно шел следом.

Однако на сей раз – впервые в жизни – колосс потребовал объяснений:

– Куда ты меня ведешь?

– На борт того корабля, – отвечал Паоло.

– Американского?

– Да.

– Мы покидаем Неаполь?

– Да.

– Надолго?

– Навсегда.

– Ах!..

Великан, казалось, задумался и, присев на камень, обхватил свою большую голову здоровенными руками.

– В чем дело? Ты со мной не поедешь? – спросил Паоло.

– Поеду. Просто стараюсь не расплакаться.

– Не стоит. Поплачь.

Гигант так и сделал: рыдания его напоминали рычание льва.