Равносилие. Сказки Луизы

***

Мара подошла к мосту, всё, её время вышло, пора возвращаться в царство Нави… Она оглянулась, как будто всматриваясь во что-то, вздохнула, улыбнулась одними уголками поблекших губ и кивнула головой, как будто соглашаясь с чем-то ведомым ей одной…. Пусть всё будет так, как суждено, и никак иначе… Сегодня даже человек равен с Богами силой своей души…

Наконец довольный удачно завершенным делом и обретением новой мелодией весны, Велес отложил свирель, улыбнувшись своей находчивости. Осталось совсем немного, чтобы эта история завершилась так, как задумал её самый загадочный представитель Прави.

Велес тряхнул головой, обернувшись в довольно обаятельного старичка, пора…. Игорь уже был почти у дома Алины, как вдруг, появился старик-торговец цветами. – Возьмите букет для будущей жены. Подарите ей ландыши! Словно сонет отличается ото всех стихов, запах ландышей отличается ото всех цветов, подарите их любимой, возможно когда-то о них тоже напишут сонет!

Игорь вздрогнул… Откуда этот старик знает и женщине, о стихах, о его намерении жениться? Хотя врываться в дом женщины поздно вечером с пустыми руками… Он взял ландыши…

Невинных ландышей букет

Ты положил на строки клавиш,

Я напишу тебе сонет,

А ты рыдать меня заставишь…

Пройдут года, века, и вечность

Прольётся грозовою тучей,

Но чистота и безупречность

Злодейству места не уступят.

Ты мне подаришь сквозь года

Любовью восхищённый вечер,

И снова буду я рыдать,

По строкам клавиш подвенечных.

И лягут ландыши на строчки

По клавишам скучая очень…

***

Вот теперь, Бог Мудрости и покровитель искусства, Велес мог быть спокоен, даже риск уговаривать Мару, стоил результата! Зато Веста – умница, конечно она не могла упустить такой случай, поучаствовать в истории новой любви! Вот теперь пусть всё будет так, как суждено, и никак иначе.

Сказка о Боге Волхе

Я благодарю своего Учителя за помощь в создании этой сказки.

Над полем ветра вой и крики воронья,

И стоны раненых давно затихли.

В косой овраг стекает смертный яд,

Зелёным маревом могильным

.Из старых копий вытекла смола

Питаясь горечью полынной,

Передо мной забытые тела,

Погибшей княжеской дружины.

Глазницами зияют черепа.

Ржавеет сталь мечей, когда-то грозных.

Не сосчитать, ни схоронить тех, кто здесь спят,

Кого покрыли серебром снега, хвалили грозы.

И только небеса во тьме веков,

Побоищ страшных списывали даты.