Идеальная партия

 – Дензил хочет быть уверенным, что ты проникся разговором.

– Ну почему я должен быть единственным примерным парнем в Лос-Анджелесе? – взорвался Трэвис.

– Потому что это выделяет тебя из общей толпы! И приносит неплохой доход, между прочим, – раздраженно ответил Пит. – Тебе же не стали вдруг безразличны такие понятия, как «успех» и «деньги», а?

– Естественно, нет!

– Тогда заткнись!

– И что? Теперь я должен вести абсолютно правильную жизнь? – Трэвис не мог скрыть изумления.

– Конечно же нет! Я слишком хорошо тебя знаю.

Просто держи свои приключения под железным замком. На публике появляйся только с дамами безупречной репутации. Если тебя решат выкинуть, что ж, вокруг полно молодых талантливых актеров, которые будут из кожи вон лезть, лишь бы заполучить твою роль. – С этими словами Пит повесил трубку.

Трэвис понимал, что и Дензил, и Пит были правы. Такое беспечное поведение могло погубить его карьеру, а этого он хотел меньше всего на свете. Уж слишком по душе ему пришлась роль любимчика публики.

Да, но образцово-правильная жизнь? Нет, это не для него!

«Они думают, что если я играю парня, сумевшего отказаться от всех земных радостей, то и в жизни могу быть таким же, – размышлял Трэвис. – Если бы… Будь я ангелом, в мгновение ока решил бы эту проблему! Раз, и за углом меня ждет готовое решение. Увы, только чудес не бывает, – усмехнулся Трэвис. Ладно, пора за работу! При определенном везении я могу повстречаться со своей светлой стороной».

Шарлин глубоко вздохнула, остановившись перед входом в телестудию. Сейчас или никогда. Еще мгновение, и она окажется среди счастливчиков, которым разрешено посмотреть на съемки сериала. Может быть, кто-то и заметит, что она пришла сюда только из-за Ли Энтона. Она была тайно влюблена в него, а он когда-то был неравнодушен к ней. Шарлин отчаянно надеялась вернуть его.

Воспользовавшись заминкой в очереди, Шарлин мельком взглянула на себя в зеркало. Она знала, что выглядела сейчас наилучшим образом.

«Не красотка», – грустно подумала она. Шарлин не была красавицей, да и хорошенькой ее назвать было трудно. Ли называл ее миловидной и восхищался ее глазами.

– Я так люблю карие глаза, особенно, когда они светятся, как твои, – говорил ей Ли.

Она перебирала в памяти его слова, пытаясь найти доказательство, что нужна ему только она, а не эти раскрашенные куклы в любительском театре, где они и познакомились.