В паутине

Все эти гарпии явятся сюда, чтобы выяснить, смогут ли они что-нибудь заполучить. А я заставлю их покорчиться».

Дарки и Пенхаллоу знали это очень хорошо, и каждый вновь прибывший приближался к ореховой кровати с тайной горестной уверенностью, что тетя Бекки задаст какой-нибудь особо ужасный вопрос, вдруг пришедший ей в голову. Дядя Пиппин приехал пораньше, имея в запасе несколько пачек любимой жевательной резинки, и выбрал место у дверей – выгодное положение, откуда он мог всех видеть и слышать все, что скажет тетя Бекки.

Это был его куш.

«Ага, вот явился муж, что сжег свою жену», – заявила тетя Бекки Стэнтону Гранди, долговязому худощавому мужчине с саркастической улыбкой, он был изгоем – давным-давно женился на Робине Дарк, которую кремировал после смерти. Клан так и не простил ему этого, но Стэнтону Гранди было все равно, он лишь натянуто улыбнулся, посчитав выпад неудачной остротой.

«Вся эта суматоха вокруг кувшина не стоит и пары долларов», – презрительно заметил он, усаживаясь рядом с дядей Пиппином.

Дядя Пиппин перекинул жвачку за другую щеку и тотчас с легкостью соврал во имя клана.

«Четыре года назад один коллекционер предложил за него тете Бекки сотню долларов», – с чувством сказал он.

Стэнтон Гранди был весьма впечатлен и, чтобы скрыть это, заявил, что он не дал бы и десяти.

«Тогда зачем ты здесь?» – спросил дядя Пиппин.

«Чтобы развлечься, – холодно ответил мистер Гранди. – Из-за этого кувшина все перегрызутся».

Дядя Пиппин от возмущения чуть не проглотил жвачку.

Какое право имеет изгой, которого еще и подозревали в том, что он является сведенборгианистом[1 - Сведенборгианизм – теософское учение Эммануила Сведенборга (1685—1772), выдающегося шведского ученого-энциклопедиста.], что бы это ни значило, насмехаться над причудами Дарков или странностями Пенхаллоу? Он, Пиппин Пенхаллоу, крещенный Александром, имел на это право. Он состоял в клане, пусть и наперекосяк. Но то, что Гранди, произошедший невесть откуда, явился с той же целью, разозлило дядю Пиппина. Однако он не успел выразить свое возмущение, потому что появление следующей гостьи временно отвлекло его от наглого Гранди.

«Не завела ли еще детей на Королевской трассе?» – спрашивала тетя Бекки бедняжку миссис Пол Дарк, которая родила сына, выпустив его в сей суровый мир прямо в кабине «форда» по пути в больницу. Дядя Пиппин озвучил единое чувство клана по этому поводу, сказав мрачно: «Повсюду царит бесхозяйственность».