Защитники

Че-ерт! Я ведь собиралась вернуть ему все подаренные вещи!

Ну и как теперь быть? Перезвонить? Или уже благополучно забить на этот момент?

Говорить об этом через два дня выглядело, по меньшей мере, странным. Любой задастся вопросом – а почему я не вспомнила про вещи сегодня же? Не могла расстаться с новыми «шкурками»? Во мне происходила борьба бессеребренницы и любительницы шикарных шмоток?

А вот как Беркут узнал мой телефон вопроса не возникало. Смартфон ведь находился у него какое-то время. Борислав добавил туда контакты водителя, свои собственные и вполне мог записать мой номер…

– Аля.

И еще… – я только сейчас поняла, что он так и не сбросил вызов. И терпеливо ждал, когда я хоть что-то скажу. Или чего-то еще ждал. Этот властный мужчина, способный удвоить обычную мою стоимость заказа – вполне немаленькую, кстати, далеко не самую низкую на рынке – проявил вдруг поразительное терпение!

– Да, – дала я знать, что еще его слушаю.

– Предубеждение – плохая штука в бизнесе. У вас ведь бизнес?

– Кхм.

Можно и так сказать.

– Ну так вот. Бизнес и предубеждение несовместимы. Говорю вам на собственном опыте.

– Ну почему же? Разве не стоит провентилировать вопрос – насколько добросовестный и честный тот или иной партнер, клиент?

– Это не совсем то же самое. Уверен, вопрос вы провентилируете. А чтобы вам не пришлось напрягаться, я помогу. А пока до связи. Я перезвоню.

Беркут повторял это уже второй раз. Словно вбивал в мой мозг, что отделаться не удастся – он все равно попросит ответа.

И пока я терялась – что бы такое сказать напоследок, Беркут, наконец-то, прервал звонок и в трубке появились длинные гудки.

Я вернулась за стол, открыла пиццу и продолжала крутить в голове фразу Беркута.

«Я еще никогда так не хотел женщину. Поэтому не сообразил, что делаю».

Должна ли она меня напугать? Заставить задуматься, что с этим мужчиной надо все время держать ухо востро? Или, напротив, должна польстить?

Что-то было в этой фразе огненно-страстное – до искр, до тока между мной и мужчиной, и одновременно властное, пугающее до чертиков.

Что?

Я мерно цедила чай, игнорируя взгляды Ирины. Если бы она все еще скандировала свои просьбы, я и то так хорошо не видела бы – чего подруга сейчас добивается.

Но я взяла тайм-аут.

Не сообразил… что делаю…

Вот эта часть фразы меня настораживала, заставляла чувство самосохранения мигать большой красной лампочкой. Кто знает, что он еще «не сообразит».