Никто, кроме неё

– Полностью с вами согласен, мисс Роуз.

***

Эдвард и Крейк наслаждались десертным вином, доставленным личным посыльным капитана корабля только что прибывшего из Франции. Друзья пили ароматный напиток и вели неспешные беседы, восседая в креслах гостиной дома графа.

– Знаешь, Крейк, я подумываю прикупить винодельный завод на юге Франции, – рассматривая жидкость в бокале на свет, поведал Кинберг.

– Неплохая идея, – одобрил Пиквел. – У тебя появится повод чаще бывать в Париже.

– Зачем мне Париж? – удивился Эдвард.

– Ну как же? Говорят французы знают толк в любви, вот и проверишь это на юных парижаночках, – подмигнул барон.

Граф задумался, крутя бокал в руке.

– Что такое, Эдвард? Я не вижу былого азарта в твоих глазах.

– Не знаю, Крейк, в последнее время для меня все женщины одинаковы. Как одна: жеманны, предсказуемы и очень скучны.

– О, это опасные разговоры, мой друг. Так, не ровен час ты надумаешь жениться, чтобы навсегда закрыть для себя эту тему.

– Жениться? На ком? Я не знаю ни одной женщины, с которой смог бы провести больше десяти минут вне спальни.

– Так вне спальни и не надо, – засмеялся барон.

Эдвард улыбнулся шутке друга одним уголком губ.

– Можешь считать меня безнадежным романтиком, но я мечтаю о семье, которая была у моей тети.

– У миссис Бланш? Да, они с графом прожили очень долго и, кажется, были счастливы, несмотря на то, что так и не обзавелись детьми.

– Дядя Фред тяжело переболел в детстве, и когда тетя выходила за него замуж, она знала, что никогда не сможет познать радость материнства.

– И ты тоже мечтаешь встретить ту единственную, которая будет любить тебя несмотря на все твои прегрешения?

Эдвард возмущенно вскинул глаза на друга.

– Ну уж не такие большие у меня прегрешения!

– Ну да, – рассмеялся Крейк, – ты прям образец морали и нравственности.

Кинберг махнул рукой.

– Это всё в прошлом. Сейчас меня интересует лишь одна женщина. Я видел её всего два раза, но есть в ней что-то такое, что занимает мои мысли.

Пиквел оживился.

– Что ты говоришь? Эдвард, ты мне не рассказывал!

– Тебе опасно что-либо рассказывать. Зачем ты объявил о пари между нами?

– Опять ты про это… Я же уже извинился и не один раз. Ну был пьян, мало соображал… Обещаю, такого больше не повторится.

Кинберг скептически посмотрел на Крейка.