Мёд

Получив возможность, я делаю вдох полной грудью, всхлипываю, а ноги не держат – сползаю по стеночке вниз.

– Пожалуйста-пожалуйста-пожалуйста… – повторяю, как заведённая. – Не надо…

Сижу на грязном холодном полу, прижимая ладони к лицу, и рыдаю. Мне страшно и дико. Страшно – потому что мольбы тут явно не помогут, а дико – потому что я должна испытывать ужас и отвращение, но испытываю совсем другие чувства.

Такого предательства от собственного тела я не ожидала. Трясусь, словно на морозе, и… хочу этого мужчину.

– Я ничего такого… – он силой, но при этом крайне осторожно отрывает мои руки от лица. – Слышишь? – сидит на корточках и смотрит на меня виновато. – Не собирался я…

– Угу, – киваю, хлюпая носом.

– Капец, – шкаф мотает головой, встаёт, а я зажмуриваюсь.

Всего на мгновение, но тот самый дрын в его джинсах оказывается слишком близко от моего лица. По спине к загривку ползут мурашки. Нервно сглотнув, я облизываю губы и открываю глаза. Мужчина отошёл на несколько шагов, стоит у радиатора отопления, смотрит на меня растерянно.

А может, он правда не собирался ничего со мной делать?.. Напуганная Костей, я продолжила паниковать по инерции. Но зачем тогда он меня к стене прижал и рот рукой закрыл?

– Я… – корячусь, пытаясь встать. – Вы… Ой!

Сильные руки приводят меня в вертикальное положение. Мужчина бережно прислоняет меня к стене – стою я по-прежнему не слишком уверенно – и отходит.

– Я не собирался. Серьёзно, – оправдывается.

– Было непонятно, – я вытираю слёзы.

– Да блин… – тормошит пятернёй тёмные волосы на макушке и дует щёки. – Я видел, что ты собралась заорать, вот и… Короче, извини.

– Ничего страшного, – тянет улыбнуться, но получается однобоко и нервно.

– Иди домой, – командует мой несостоявшийся насильник.

– Угу, – киваю и, не веря, что меня пронесло, начинаю подниматься по лестнице.

Это что такое?!

Я замираю, оттягиваю край своей футболки и офигиваю – на ткани красное влажное пятно приличных размеров, будто меня кто-то в бок ножом пырнул.

Я медленно поворачиваюсь к мужчине и прилипаю взглядом к его торсу.

– Господи, у вас кровь… – шепчу.

– Где? – он опускает голову, распахивает кожаную куртку. – А-а это… – хмурится, глядя на пропитавшуюся кровью белую футболку. – Пройдёт.

– В смысле пройдёт? – у меня глаз дёргается.