Чёрная королева. Ледяное сердце

– Это лаарские земли, – ответил Дарри уклончиво.

– Больно? – она потрогала рёбра в нескольких местах, проверяя, не сломаны ли.

– Нет. Просто ушиб. Мне не в первой, знаю как оно…

Рёбра капитана, не смотря на отвратительную рану, были целы. Кайя хотела рассказать, что видела в облаке, но такое пристальное внимание со стороны мужчин её смутило. Они стояли вокруг, передавая флягу из рук в руки, прихлёбывая и разглядывая, что она делает, и шёпотом обсуждая это, но так, что слышно было каждое слово. И, покраснев до корней волос, она предпочла вообще не поднимать голову.

Промыла рану, присыпала порошком из мешочка, что дала ей с собой Наннэ, смазала смолой, чтобы стянуть края и наложила повязку из разорванной рубахи.

Дарри смотрел внимательно, как её ловкие пальцы снуют туда-сюда со знанием дела, на её сосредоточенное выражение лица, закушенную губу и морщинку между бровей, и чувствовал, что боль отступает. Прикосновение её рук успокаивало и было приятным. А после настойки, которую она ему дала, горькой, но пахнувшей розовым маслом, даже слабость прошла.

И на вкус она была уж точно лучше мерзкого пойла Бёртона.

Вблизи её глаза казались совсем уж прозрачными, точь-в-точь лесное озеро – утонуть можно, и вот так близко было заметно, что зрачки у неё то круглые, как у людей, то меняются, чуть вытягиваясь, когда она пристально разглядывала что-то. А ещё улыбка. Искренняя, доверчивая, лучистая. Глаз не оторвать…

– Ну вот, до какого-нибудь лекаря доехать сможете, а так ничего страшного нет, до свадьбы заживёт, – произнесла она и снова улыбнулась.

Сказала это, не подумав. Наннэ всегда так говорила раненым и больным мужчинам, но, наверное, капитан смотрел слишком пристально, и потому она смутилась ещё сильнее, отвела взгляд и суетливо стала складывать в сумку свои вещи.

– У вас руки в крови…

– А, это! Ничего, я в ручье помою, – она снова улыбнулась, опять отвела взгляд и, торопливо вскочив, побежала по камням вниз к воде.

Дарри натянул куртку и пошёл следом, придерживая рукой раненый бок.

– Я вас провожу. Не знаю, что спугнуло лошадей, не хотелось бы, чтобы вы повстречались ещё и с медведем.

Она присела на берегу реки, вымыла руки в ледяной воде и плеснула в лицо, чувствуя, как стоящий сзади капитан её разглядывает.

Они все её разглядывали исподтишка, и только Бёртон делал это не смущаясь, видимо, настойка, к которой он то и дело прикладывался, его бодрила и придавала смелости.