Чёрная королева: Опасная игра

– А мне и ты подходишь, толстушка, я уже устал ждать, – пробасил мужской голос и раздался шлепок, но, судя по всему, Даэла увернулась и, поставив шумно пустые кружки, снова исчезла.

– А это что за персик? – обратился мужчина в сторону Кэтрионы. – Ну, Тайла! Мы всё ждем и ждем, а твои девахи вместо того, чтобы работать, прячутся на кухне и объедаются!

И, прежде чем Кэтриона успела повернуться, мужская рука легла ей на шею и бесцеремонно стянула с плеча рубашку. А вторая рука тяжело опустилась на стол рядом с её тарелкой так, что стоящая поодаль корзинка с хлебом подскочила.

И не рука – огромная лапища с грязными ногтями и заскорузлыми толстыми пальцами в завитках чёрных волос, доходящих едва ли не до ногтей.

В другое время Кэтриона бы увернулась, ускользнула, отшутилась и растворилась в коридорах борделя. Он бы и не понял. Но сегодня она была вымотанной настолько, что щиты ослабли, и она даже не заметила этого.

Он наклонился к её плечу, пахнув тяжелым винным духом, и припал губами к шее.

Из выреза его рубахи вывалился серебряный брактет на толстой цепи и коснулся голого плеча Кэтрионы.

Брактет с головой волка.

Сумрачные волки – так они себя называют. А для Кэтрионы они просто псы – те, кто служит за деньги.

И этот брактет – он так давно со своим хозяином… Столько воспоминаний…

Она провалилась в них внезапно, не успев закрыться. Упала будто в колодец мутной воды, и память, которую таила в себе эта вещь, хлынула на неё и потащила за собой…

Деревня.

Сжатое поле ячменя. Снопы стоят аккуратно в ожидании обмолота. И старая стена овина, за которой бродят рыжие куры, а вдоль стены выстроились люди. Мужчина, лицо разбито в кровь, сжимает в руках старую шапку, а рядом беззвучно рыдает женщина, и дети – семеро, маленькие все ещё, только одна старшая, голубоглазая, волосы светлые, заплетенные в косу. Сколько ей лет? Одиннадцать?

– Уплачу, как только…

– Хозяин ждать не будет…

– … неурожай, но в следующем году…

– Заберите кур…

– … у меня больше ничего нет…

– И девчонку! За неё дадут половину от твоего долга…

– Нет! Нет!

Удар хлыстом.

– У тебя вон их сколько, нарожаешь еще!

И снова удар. Девчонка кричит, но её бросают через седло, мать цепляется за стремена и умоляет. Женщину отталкивают, и она падает на солому.

Далеко отъезжать не стали, спешились прямо за селом и потащили девчонку в кусты…

Кэтрионе казалось, что колодец полон грязи.