Чёрная королева: Опасная игра

Она бы сделала, что угодно, но не знала, как.

Цепи истирали руки и ноги до костей, и каждый день послушницы Адды накладывали на эти места заживляющие повязки, стараясь не глядеть ей в глаза и не слушать её мольбы.

А боль всё не отпускала…

Боль была страшным зверем, живущим где-то внутри, и иногда, в редкие моменты ясности сознания, ей казалось, что Эрионн и есть этот зверь, который проникает в её голову и разрывает её когтями.

Однажды ей удалось разбить глиняную миску и спрятать кусок от неё с острым краем.

А когда все ушли, она сделала глубокий надрез на руке и с облегчение почувствовала, как затуманивается сознание, и вместе с кровью утекает и боль.

Но её спасли. И больше не оставляли одну.

Её заставляли пить тёмное варево и чертили на лбу какие-то знаки, и боль возвращалась снова.

– Всё ещё сопротивляется?

– Да.

– Откуда в ней столько силы? И так глубоко?

– Не знаю.

– Увеличь дозу.

– Она может умереть.

– Если она не пройдет путь до конца, она и так умрет, так что увеличь дозу.

Голоса приходили и уходили, и каждый раз они хотели, чтобы она сдалась. Она бы и сдалась, если бы знала, как. Варево, которым её поили, приносило всё новые и новые муки, её выворачивало наизнанку, и она не могла даже есть. И это было хорошо. Значит, ей недолго осталось.

Время шло, и она уже редко приходила в себя, и однажды Эрионн принесла камень, приложила его ко лбу Кэтрионы со словами:

– Больше я ничего не могу сделать.

А потом нахлынула боль, с треском разрывая остатки сознания, и Кэтриона вдруг провалилась куда-то в темноту и увидела…

Он был красив. Белоснежная шерсть, отливающая инеем, глаза – кристаллы самого синего льда, и алмазные клыки, острые, как кинжалы. Когти. Хрустальные когти длиннее её пальцев. С клыков капала слюна, а холод, льющийся из глаз, казалось, заставлял каменеть даже огонь. И она не видела ничего красивее и страшнее этого зверя.

Она вскрикнула и бросилась бежать, но хрустальные когти успели задеть её спину.

Она очнулась.

Дёрнулась с такой силой, что вырвала из стены железный крюк, на котором держалась цепь, и увидела, как кровь льется на пол. Когти прошлись по спине и плечу, и даже бедро располосовали почти до колена. И было больно.

Но боли, той дикой боли, что раньше разрывала её на части, больше не было. И лишь только зуб на зуб не попадал от страха.