Лови тень

В связи с этим она не думая обратилась к Умберто Коэну, лингвисту, медиевисту, этнографу, археологу, писателю и просто удивительному человеку с фантастическими знаниями. Ей очень был нужен грамотный специалист, а денег она не жалела, потому что вся коллекция оценивалась в полтора миллиарда долларов. Мир торговцев антиквариата – это особая, мнительная каста людей, занимающихся банальной спекуляцией. Аферисты, которые создали вокруг себя ореол таинственности и величия. Но среди этой разношерстной толпы встречаются знатоки старинных языков и древних культур и просто гении.

Таким был и Умберто. Его привлекали как эксперта, однако продажей антиквариата он не занимался, считая себя абсолютным неудачником, но человеком, верующим в торжество истины.

– Да, сержант, пропустите их, – произнес высокий крепкий мужчина, появившийся в дверях. – Примите мои искренние соболезнования. Меня зовут Габриэль Бушер, я вынужден вас сопроводить для опознания и опроса по факту смерти вашего старшего брата.

Габриэль пропустил вперед Беатрис, но остановил Умберто:

– Извините, синьорина, а этот мэн тоже должен пройти с нами?

– Позвольте, если я мэн, то вы, кэп, должны знать, что я второй человек для Беатрис в этой семье, а хозяин… покойный хозяин, мой лучший друг и коллега по бизнесу.

Я консультант семьи де Росси. Умберто Коэн, разрешите представиться.

– Да хоть архангел Михаил! Останьтесь здесь, вас позовут, когда в вас будет необходимость.

Умберто не стал настаивать и выполнил требование.

Он знал, что без него этот идиот не продвинется ни на йоту.

Когда Беатрис вошла в зал, она чуть не потеряла сознание. Она не видела ничего, кроме лежащего тела и лужи крови в форме топографической карты незнакомого континента. Кровь почему-то казалась женщине бесцветной, хотя очки она уже сняла.

Беатрис любила своего единственного брата. Она упрекала его в страсти к коллекционированию, несмотря на то что жила на его содержание. Она понимала, что рано или поздно все закончится именно так.

Нож в спину или еще какой-нибудь дикий финал, от которого стынет кровь и подкашиваются ноги. Тайны, ордена, манускрипты, барыги и менялы до хорошего не доведут, говорила она Франческо, но все напрасно. Фатум, судьба!

Вдруг от противоположной стороны комнаты на Беатрис двинулся какой-то темный, больших размеров объект. Попятившись, она поняла, что это не кто иной, как Орсина.

– Простите меня, дорогая Беатрис, я не уберегла нашего любимого Франческо.