Наваждение. Лучшая фантастика – 2022

Третий сдернул бейсболку – вот-вот отвесит поясной поклон то ли царскому поезду, то ли крестному ходу.

Идиоты…

Четвертый (вернее, четвертая) вроде бы из нормальных: угрюмо косится на остальных.

* * *

Пока я не обратился за помощью в микрохирургию глаза, все это не слишком замечалось, а стало быть, не раздражало. Теперь раздражает. Какое-то вокруг массовое бегство из действительности, чуть ли не поголовное. Неужели им здесь так плохо, так скучно?

Невольно стал прислушиваться к телевизору, узнал много нового.

Мне уже, например, известно, чем виртуальная реальность (ВР) отличается от дополненной (ДР). Первая создает целиком придуманный мир, вторая всего-навсего редактирует нашу обыденность. При этом она пользуется маркерами, то есть по размерам предмет остается прежним, меняется только внешне. Вот, скажем, перед вами клумба причудливой формы. А на самом деле несанкционированная свалка мусора тех же очертаний.

Убейте – не понимаю! Запах-то все равно прежний! Хотя, я слышал, теперь и в ноздри что-то вставляют.

Какой-то там имитатор ароматов…

И все равно! Чем обманывать себя, не проще ли взять лопату и разбить на месте мусорки настоящую клумбу? Тем более что серьезные люди именно так и поступают – город-то, повторяю, год от года становится красивее.

Нет, это их не устраивает. Тошно им в современности. Подавай им Париж времен кардинала Ришелье. И не такой, каким он был на самом деле, вонючий и грязный, а романтический, киношный.

Впрочем, какое там кино? Выродились вконец! Ну ладно, книг не читают, телевизора не смотрят, но ведь и за компьютером не сидят, смартфона ни у кого в руках не увидишь! Вправит в глаза контактные линзы, нажмет кнопочку – и вот он уже в Париже… Ну не обязательно, конечно, в Париже.

Про Париж я так часто вот почему: задел нечаянно плечом одного на улице – тот на дыбки:

– Вы толкнули меня, шевалье! – И вроде как за шпагу хватается, которой нет.

Не стоило бы, конечно, связываться – здоровый мужик, гораздо моложе меня, но уж больно обидно стало.

– Ты! – говорю. – Шевалье твою мать!..

И давай его костерить по-стариковски! Всю родословную перебрал. Слушает с надменно-изумленным видом и в чем-то вроде сомневается. Дослушал, смягчился, кивнул свысока:

– Вполне удовлетворен вашими извинениями, шевалье. Но впредь будьте осмотрительнее.

И шествует дальше.

Стою, как дурак, гляжу ему в спину. Слова, понятное дело, кончились.