Наваждение. Лучшая фантастика – 2022

 – Я даже не стал интересоваться, все ли тайники она вскрыла. Лика всегда была крайне основательной, значит, она добралась до моих архивов. – Почему меня вообще восстанавливаешь ты из незаконной копии, а не Блокчейн из официальной?

– Вы с мамой погибли во время перехода из земного Блокчейна в лунный, официально считается, что была вспышка на Солнце и часть серверов на орбите Земли повреждена, как итог – вы не только не смогли попасть на лунную орбиту, но и Блокчейн потерял ваши копии за последние две недели, то есть по закону вы являетесь официально мертвыми.

Раньше не было этого ограничения в две недели. Если тебя потеряли, если твой код оказался заражен – и лечение подразумевало потерю существенной части твоей личности, – тебя просто восстанавливали из последнего стабильного бэкапа.

И всем было плевать, сколько времени назад был сделан этот самый «последний стабильный». День? Месяц? Год назад? Да хоть век! Восстановят – и глазом не моргнут, а потом знакомые будут удивляться, почему ты не помнишь того, что произошло пару лет назад.

Но незадолго до старта Исхода Блокчейн поменял политику безопасности, причем я даже помню этот момент: я как владелец суперноды был в числе тех, кто голосовал за это изменение. Тогда было много таких мелких на первый взгляд вещей, которые делали Блокчейн чуть менее привлекательным.

Абсолютное бессмертие майнеров тоже попало под раздачу. И если у тебя нет официальной копии младше двух недель – то в случае уничтожения тебя-текущего ты считаешься мертвым.

– Официальное заявление было?

– Конечно.

Я пробежался по тексту. Мы с Аленкой были не последними майнерами в Большом Блокчейне, объединяющем все восемь Блокчейнов Солнечной системы. Точнее, майнером был я, а она – одним из нескольких десятков олдов, родоначальников Блокчейна, переселившихся в цифровые копии из белковых тел более четырехсот лет назад.

В заявлении сухо говорилось о том, что наша гибель – результат ряда совпадений и халатности нескольких майнеров и что мы вместе с Аленой пропагандировали Исход, и есть надежда, что наша смерть не будет напрасной.

– Я пропагандировал Исход? – уточнил я у Лики. То есть понятно, что сам я знал ответ на этот вопрос: однозначное «нет». Но со стороны оно могло казаться и совсем по-другому.

– Пап, ну не тупи. – Лика наверняка напихала в сообщение эмодзи, но выставленные на общение с дочерью фильтры все срезали, поэтому нюансов этого ее «не тупи» я не распознал. – Тебе всегда было пофиг на Исход.