Последний Завет

Герман слышал рассказы о некоторых Универсалах, которые обладали свойством мысленно уговаривать человека сделать то, что он даже и не думал делать. Иногда приходится жалеть, что ты не такой Универсал. Вот бы заставить их пристрелить друг дружку. Вот смеху-то было бы! Двое Мусорщиков потоптались у входа в подвал и, так и не решившись его проверить, ушли.

Вздохнув с облегчением, Герман отложил арбалет и вытер выступивший на лбу пот. Пронесло. Оттолкнул запретное и поморщился. Слишком долго находился на частоте, затылок ныл от боли.

Франц неожиданно замычал и выгнулся дугой. Герман совсем забыл о мальчишке и, выругавшись, бросился к нему, что есть сил навалился на плечи, прижал к полу. Яд прекращал свое действие. Конвульсии спали, Герман заученным движением выдернул кляп изо рта Франца и перевернул паренька животом вниз. Франц полежал минуту, всхлипывая и содрогаясь всем телом, затем встал на четвереньки, в темноте раздались характерные звуки – его выворачивало наизнанку.

В то же мгновение наверху послышался топот.

Мусорщики их услышали. Рано он избавил случайного спутника от кляпа. Герман выругался и взял арбалет наизготовку.

– Что это? Что со мной? – сквозь кашель спросил Франц.

– Блюешь, – бесстрастно ответил ему Герман. – Последствия наркотика, который тебе вкололи в ногу. Уже лучше?

– Вроде да, – неуверенно ответил представитель клана Бастиона. – Где мы?

– А ты что, ни черта не видишь? – Герман все еще злился на Франца. Свела же судьба с такой зеленью!

– Тут темно, – откликнулся тот.

– В подвале. Когда ты заорал, нас услышали Мусорщики. Правда, их всего двое. Если они законченные кретины – полезут сюда вдвоем. Если у них сохранились остатки интеллекта – отправятся за подмогой. – Герман вырвал из доски нож.

– Откуда ты знаешь? – выдавил Франц.

Это было последнее, что он успел сказать. В подвал швырнули световую гранату, Герман услышал, как она летит по воздуху с характерным шипением, и инстинктивно закрыл глаза.

Послышался хлопок – яркий свет резанул сквозь плотно сжатые веки. Полупарализованному мальчишке на полу повезло куда меньше. Он заорал в голос и покатился по полу, по осколкам стекла и обломкам железной арматуры, забившись куда-то в самый угол. Герман открыл глаза, различая окружающее в зеленоватом свете все еще тлевшей гранаты, и упал на пол. В подвал ворвались двое. Действовали они стремительно, и все же недостаточно быстро, чтобы обогнать арбалетный заряд.