Арни снова голоден

– Чего вошкаешься? Больно? – буркнула Надежда, ощущая в груди что-то похожее на сожаление. Конечно, она могла бы помочь этой дурочке спастись, но кровавые потёки на худых бёдрах и бледные, почти белые губы жертвы и так указывали на скорое избавление от страданий. Вчера утром Олег немного разозлился и проткнул живот молодой пленницы шилом. Младший Надин брат последнее время частенько выходил из себя, потому что мучился головными болями. Мама даже сходила в аптеку и купила ему аспирин, но упрямый и капризный Олег принимать таблетки отказался.

Впрочем, он и без головных болей был вспыльчивым и ранимым. Трудное детство испортило его сложный от природы характер. Наверняка глупая девица что-то ляпнула. Сидела бы молча, умерла бы быстро. Хотя, быстро у изощрённого Олега никто не умирал. Пристрастий брата сестра не разделяла, да и вообще вся эта возня с человечиной ей претила, но Олег получился таким, каким получился, и осуждать его старшая сестра не бралась. Господь не просто так даёт людям жизнь, а потом отбирает её без сожаления. Неисповедимы пути.

– По-мо-ги-те, – чуть слышно промямлила раненая, но смысла помогать живому трупу Надя не видела. Девчонка всё равно не жилец, а спасать обречённую на скорую смерть бессмысленно. Тем более, что, в случае огласки, ни в чём не повинную Надежду могли бы принять за соучастницу. А она просто помыла полы.

– Не понимаю я таких, как ты. Как можно незнакомому человеку настолько довериться? Сами пришли, а теперь «Помогите»? Странные.

Надя точно знала, что такие, как эта слабеющая худышка, приходили к брату, склонному к эпатажным выходкам, регулярно, но старалась не вникать.

Девчонки сами выбирали, с кем идти, а Олег… он же особенный.

– Хорош с собачим ужином тарахтеть. Где мать? – перепачканный кровью мужчина с пилой в руке уже почти расчленил в ванной труп одной из трёх подружек. Обычно разделывать тела он заставлял своих измученных и оттого покладистых невольниц, но последняя жертва настолько ослабела, что не могла поднять инструмент. Поэтому хозяин возился сам, – Сколько можно ходить? Волки её съели? У меня полная ванна костей, уже некуда складывать.

Арни, на, мальчик! – кусок мяса на косточке смачно плюхнулся на только что вымытый пол.

– Олег, ну, в кого ты такая свинья? Я же только что помыла. Больше не буду за тобой убирать. И зачем ты кормишь собаку трубчатыми костями? Он же желудок поранит и сдохнет! Ну, и вонь у тебя в ванной стоит. Сколько они у тебя лежали? Даже я, со своим ринитом, задыхаюсь.