Лялин и Женя

А он, как связанный, и ничем девочке своей не поможет. ЭТА брюхатая. Страдалица святая. А он – урода кусок, морального. А все их с Ольгой дети почему-то на Валерку похожи, до смешного. Но Мишка-то всё равно их любит. Особенно Стёпку. Который хромает. Он единственный в отца пошёл (ну, в свидетельстве о рождении Мишка отцом записан), глазами особенно. Бросит Мишка Ольгу, как родит она, скорей бы уж. Заберёт и Стёпку, и Женьку, увезёт их далеко-далеко, чтоб никакая сраная магия не обнаружила, и заживут они втроём.

Дружно-дружно! Давно надо было тикать из омута дурного! Как же всё-таки хорошо, что маленькая, быстроногая Женя на его пути встретилась!

Женька

Решено. Больше никогда. Никогда ОН не войдет в двери её хаты… Хм. Да он и не входит. Кто ж его пустит? Женькина мать мужика чужого ни за что в доме не приветит, без жены-то. Получается, не подходит формулировка. Думать надо.

Женька задумчиво почесала затылок. Русые волосы неаккуратно распушились. Уже битый час она пыталась решить пример по тригонометрии, но мысли всё равно возвращались к бесстыжему предателю Лялину.

Правильно учителя говорят, что нужно что-то одно выбирать: либо учебу, либо любовные свидания. Только кто их слушает, учителей-то? Не хватало ещё экзамены завалить! А ей позарез надо в город поступить, в высшее учебное, кровь из носу, слёзы из глаз! Оставаться в дыре этой у неё никакой возможности не осталось. Тем более после грязной и кровавой истории с Лялиными. Оскандалились на всю округу по полной.

И мать с ней теперь не разговаривает, добрая и понятливая мама от бессовестной дочери отвернулась. И правильно. Так Женьке и надо. Тварь она поганая. У детей отца чуть не увела. Все ей хиханьки, да…

В окошко тихонько поскреблись. Кого чёрт принес на ночь глядя? Бедная Женька даже в клуб перестала ходить, так боялась расплаты. И как ей теперь жизнь жить? Да никак. Она выключила свет и заглянула за занавеску. Ленка стояла под окном и отчаянно махала руками, напоминая ветряную мельницу.

Вот и пойми её, дурынду: то ли выходить, то ли прятаться? Машет так, что непонятно. Женька пожала плечами. Выйдет, что с ней сделается.

– А в дверь постучать? – недовольно напала она на терпеливо поджидавшую, с какого-то ляду оробевшую подругу, когда, нарочно не торопясь, накинула тёплый плед на плечи, и вышла, наконец, за порог. Чем-то или кем-то напуганная Ленка выглядывала из-за угла, по-воровски озираясь.