Ткущие мрак

– Ты мог ее остановить.

– Такое в соглашение не входит. Я не обязан спасать каждого, кто хочет отправиться на ту сторону. Смерть ей была дороже. Не желал отнимать у госпожи столь сладкую вещь… и лишать себя завтрака.

– Это тело меняет тебя. Ты становишься другим.

– Больным. Оболочка недотаувина хуже ядовитой рубашки.

– Ты сам выбрал.

– Чтобы у тебя была эта, – плотоядно усмехнулась Рукавичка. – И как тебе? Лучше старика или асторэ?

Вопрос был проигнорирован.

– Найди того, кто отправится в Эльват и разберется с желудем.

И… твои братья допускают ошибки.

– Мы не всесильны.

– Девчонку унесли.

– И ладно. Мы знаем, где она. Пусть. Когда потребуется, вернем. Зато лес эйвов уничтожен, как и было задумано.

– Желудь…

– Дался тебе этот пережиток прошлого.

– В Пубире вас постигла неудача. И один волшебник жив, его клинок опасен для тебя. А значит, и меня. Вы не нашли его до сих пор.

– Мы ищем.

– Как и таувина из Пубира? – Усмешка.

 – Поле не выжжено. Таувин и волшебник все меняют. Ищите лучше.

– А то поле не даст новые всходы. Я помню.

– Помни. – Эрего посмотрел на тело Захиры да Монтаг. – Ты не тронешь ее плоть.

Рукавичка хмыкнула:

– Ничто человеческое тебе не чуждо. Хорошо. Найду кого-нибудь другого. Вам пора на юг, ваша светлость. Война не станет ждать.

Глава вторая

Голоса

Скольких мы потеряли? Скольких?

Наверное, каждого из тех, кого недосчитались, мог бы перечислить лишь Мальт.

Но наш друг, наш брат, наш глава, тот, за кем мы шли, у кого учились, тоже остался там. На выжженном окровавленном поле, защищая свою сестру, отдавший за нее жизнь.

Я скорблю о нем. О каждом, кто не вернулся и исчез под пришедшей волной. Скорблю о пустых залах нашего ордена. Скорблю о том, что рыцари больше не поднимут мечи.

Меня утешает лишь, что мы и дальше вместе. Неизменно едины. Даже если их нет, но они есть.

Со мной. С теми, кто придет после. И после. И после. Пока существует мир.

Мы будем всегда поддерживать наших братьев, пускай они и рождены в другую эпоху.

Потому что так решил Мальт.

    Из письма, найденного на надгробии таувина, пережившего Битву на бледных равнинах Даула

После скоротечного дождя сотни легендарных башен Рионы казались умытыми и обновленными. Словно выточенными из хрупкого хрусталя.