Американка. История вторая. Не одна

Она бережно собрала все фотографии с холодильника, сложила их в файл и уже собиралась было положить их ко всем остальным вещам, как вдруг заметила, что не хватает самого важного для их семьи снимка. Это было их первое настоящее свидание. Прохожий запечатлел их на фоне заходящего солнца, когда они как дети тёрлись носами и хохотали. Тогда и зажглась искра между ними, превратившаяся в яркий, тёплый костёр семейного очага. Жаль, что ничего нельзя вернуть! Если бы не этот вирус, они были бы и сейчас счастливы, завели бы ребёнка, как все, и встречали бы вместе старость, закутавшись в уютный плед.

Надежда в её душе расправила крылья и забилась раненой птицей. Может, ещё не всё потеряно… Каждый день, сама того не желая, она всё гадала, где Пётр. Увидев на улице очередного шатуна в похожей одежде, она возбуждённо вглядывалась в искорёженные черты лица, боясь узнать своего любимого. Душа замирала от ужаса, мышцы во всём теле напрягались, превращая тело в сжатую пружину. Она подходила настолько близко, насколько это было возможно.

Нет, не он… Слава Богу, это не он…

Всегда оказываясь здесь, в родном месте, в маленькой квартире, Катя, разумеется, приходила не одна. Её спутником был один и тот же человек. Он был немного старше, с густой чёрной бородой. Каждый раз он понимающе занимал место в кресле и терпеливо ждал, когда девушка сделает всё, что задумала, немного погрустит и снова скажет: «Пойдём, наверно».

Судьба распорядилась так, что благодаря этому мужчине Катя осталась в живых в тот страшный день.

С тех пор он негласно стал её покровителем, везде следовал за ней как тень, не задавая лишних вопросов. Глеб стал надёжной опорой хрупкой девушке и верным напарником в опасных вылазках.

Однажды, покидая заветную квартиру, он тихонько сказал:

– Думаю, хватит его уже искать. Надо смириться с тем, что он погиб.

– Да, ты прав, наверное, уже не стоит ждать, – ответит Катерина, но в глубине души так с этим и не согласившись.

Эпизод 2

Катя села в машину, по привычке пристегнула ремень безопасности и отвернулась к боковому окну.

Надо было возвращаться в лагерь, пока не стемнело. Глеб занял место водителя и завёл мотор. Ехали в тягостном молчании. Глеб иногда поглядывал на опечаленную спутницу, но заговорить первым не решался. Катя сидела как каменное изваяние, погружённая в свои, одной только ей ведомые мысли.

С одной стороны, он понимал спутницу: ей всегда тяжело, грустно и одиноко возвращаться домой. С этим ничего не поделаешь.