Длинные руки нейтралитета

Кто возьмётся?

Все переглянулись. Ювелиров среди присутствующих не было.

– Тогда надо заказать. Шахур, ты размер помнишь?

– Лишь примерно, но можно сделать браслет раздвижным. На пружинках.

– Идёт. Организуй. Но только предусмотри на нём несколько гнёзд для кристаллов. Мало ли, вдруг ему танзанит не подойдёт.

Нахимов сдержал слово и появился на Камчатском люнете. Первой его реакцией был удивлённый вопрос:

– Почему тишина?

Вопрос содержал в себе некоторое преувеличение: работы, начатые инженером Тотлебеном по укреплению люнета, продолжались, и бесшумными их назвать было никак нельзя.

Но все поняли не высказанное адмиралом: союзники пока что люнет не обстреливали.

Командиры батарей скромно помалкивали, но вместо них ответил генерал-лейтенант Степан Александрович Хрулёв:

– Господин вице-адмирал, траншеи противником только начаты. Артиллерийские позиции и вовсе не подготовлены. Не считаю нужным производить обстрел, который может причинить лишь незначительные повреждения.

Нахимов не был бы самим собой, если бы не уделил внимание нижним чинам, усердно возводившим укрепления:

– Налегайте, братцы.

Чем крепче люнет получится, тем меньше русской крови неприятель прольёт-с.

Семаков также присутствовал при этом визите, рассудив, что на вопросы Нахимова по гранатомётам (если таковые будут) лучше отвечать кому-то поболее, чем просто мичману.

Павел Степанович остро глянул на тонкие стволы гранатомётов и задал ожидаемый вопрос:

– Как с гранатами-с?

– Маловато, ваше превосходительство, но рассчитываем пополнить.

Если не будет проблем с возами, то сегодня подвезут. У нас на корабле есть запас, половиной поделимся с батареей мичмана Шёберга.

Видимо, опытный вице-адмирал уловил нечто такое в глазах сравнительно молодого капитана второго ранга, поскольку кратко распорядился:

– В семь часов вечера зайдите ко мне.

– Слушаюсь!

В вечернем разговоре с Нахимовым кавторанг Семаков был решителен и деловит:

– Ваше превосходительство, есть сведения от моего личного источника: караван торговых судов с подкреплением и припасами вышел из Стамбула.

Одиннадцать вымпелов. Мы имеем возможность перехватить их и уничтожить, хотя бы частично.

– Вашего личного? – не сразу понял Нахимов.

– Мне Таррот Гарринович… согласился помочь.

– Понимаю. Почему уничтожить частично?

– Мы получили той ночью боеприпасы, но после того, как отдадим половину на Камчатский люнет, нашего остатка хватит на поражение четырёх кораблей.