Воскрешающая 2. Среди пауков. Книга первая

? Я не могу говорить с тобой, пока ты в таком взрывоопасном состоянии. Боюсь, ты не поймешь меня…

? Ты еще смеешь надо мной издеваться?

? Нет, я даю тебе время прийти в себя.

Татхенган сложил руки на коленях. Его вызывающая покорность раздражала меня больше, чем, если бы он начал угрожать.

? Я требую объяснений. Какого черта тебе понадобилось опять связываться со мной?

? Сядь, прошу. Я все расскажу, но обещай, что не убьешь меня раньше, чем я закончу.

Я выдвинула кресло и села, сказав, что ничего обещать не могу.

? Ладно, спасибо и на этом.

? Не тяни, ? я повернула кресло так, чтобы кроме султана, видеть тех, кто решил бы войти.

? Я недавно узнал, что Ирлиса общалась с тобой. И ты знаешь, как она была счастлива. У нее даже родился сын…

? Так за что же ты избавился от нее? Она тебе изменяла? – мои губы скривились в усмешке.

? Нет, что ты! Я ведь люблю ее до сих пор. Я не убивал ее и верю, что она жива…

Султан вдруг встал и, обхватив голову руками, глухо простонал.

? Ее похитили! Кто не знаю… Все было хорошо организовано.

? Хватит ломать комедию. Думаешь, я поверю?

Султан обошел вокруг своего кресла.

? Я знал, что ты не поверишь. Я на твоем месте тоже не поверил бы. Я случайно нашел ее передатчик. Ты, подлетая к планете, пыталась связаться с ней. И я все понял. Я был уверен, что ты приглядываешь за ней. Вот поэтому ты не встретила преград на своем пути. Я выгнал всех из дворца. Если ты убьешь меня, ты можешь спокойно покинуть город.

? Ближе к делу, ? строго велела я, по-прежнему не опуская оружие.

Он кивнул.

? Рано или поздно ты узнала бы о том, что ее здесь нет, и явилась бы прикончить меня, как обещала, но мне было бы все равно, если бы я ее не любил. Понимаешь, я люблю ее и делаю все возможное, чтобы найти похитителей. А Нацтера я похитил для того, чтобы иметь гарантию своей безопасности. Я найду жену и верну тебе парня. Я не хочу умереть раньше, чем найду ее. А за него не беспокойся. Он жив и здоров.

Я долго молчала, а он ждал моего ответа и, не выдержав, произнес:

? Если бы я хотел сделать тебе больно, я бы мог похитить твою дочь, не так ли? Что молчишь? – он уперся о спинку своего кресла.

Я помотала головой, сбрасывая с волос капли воды. Потом, вздохнув, опустила «Универс» и, наконец, сказала:

? Ты мне сделал больно. Нацтер для меня как собственный сын. И я не могу поверить в твой рассказ.

? Ладно, не верь, но пообещай, что позволишь мне спокойно искать Ирлису.