Проклятие чёрной овцы

Садоводчество, несмотря на устрашающий вид, оказалось довольно маленьким, и расстояние от ворот до последних участков было пройдено за пару минут. Но чем дальше приходилось идти, тем труднее становилось дышать, и тем страшнее выглядели дома, в которых не горело ни одно окно. Фонарей на дороге также не было, единственный свет давал широкий лунный луч, который тянулся по всей дороге. У последних домов сильно запахло сыростью, будто где-то рядом находилось болото.

– Чувствуете? – спросила Джулия. Ей стало настолько страшно, что она вцепилась в рукав Джейка и не отпускала его.

 – Этот отвратный запах.

Кэрри тихо пискнула. Джейк, не отводя взгляда от дороги, осторожно застегнул рюкзак; за сеточкой блеснули напуганные кошачьи глаза. Джулия, не отпуская Джейка, осмотрелась.

– Там кресты, – сглотнув, произнесла она, показывая на тропинку за правым участком, окружённую кустарниками. – Я не вижу их, но я чувствую, я чувствую, что там смерть.

– Идём. – Твёрдо сказал Эрик и зашагал по указанному направлению.

Похоже, он единственный не испугался, поэтому свернул на тропу первым. За ним, держась друг за друга и оглядываясь, пошли Джейк с Джулией. – И какой идиот сказал нам про левую сторону? Мы всё время искали не там!

– Кто же мог подумать… – Ответил Джейк, всматриваясь вдаль сквозь кусты. – Там настоящее кладбище. – Внезапно произнёс он, остановившись. – Самое настоящее кладбище. И я сильно сомневаюсь, что оно принадлежит только одному садоводчеству.

Сотни, тысячи одинаковых деревянных крестов стояли в несколько десятков рядов на огромной площади; за каждым крестом виднелось каменное надгробие, судя по всему, они также были одинаковые. Но каждое – жуткое, мёртвое, сырое, поросшее мхом и отвратительно блестящее, как будто только что выточенное и готовое принять предначертанную душу. Между могилами были узенькие тротуары из гравия, по которым, друг за другом, шли взбудораженный Эрик, потрясённая Джулия и удивлённый Джейк с Кэрри за спиной.

Эрик уже достал из рюкзачка какую-то пожелтевшую бумажную карту и внимательно изучал её, при этом, не прекращая путь и будто зная, куда надо сворачивать. Наконец, он остановился у одного из надгробий и, порывшись в рюкзаке, выудил оттуда карманный фонарь. Яркий свет пробежался по всей могиле и задержался на выгравированном на кресте номере: «107».

– Это то, что нам нужно, – шёпотом сказал Эрик и выудил откуда-то старую газету.