Чувства встречного направления

Стенки коробочки украшали собой драконы. Приветливые такие, зубастые.

Пока лапшу приготавливали, купил в соседнем павильоне сосуд с пивом (без малейших драконов). Махнул симпатичной девушке Алёне (мы познакомились, если память меня не подводит… в понедельник). Она профессионально осведомилась: "Быть может, сегодня, профессор? Проявите себя с лучшей стороны!" Я вывернул карманы, демонстрируя крайнюю степень неплатёжеспособности. Мадемуазель хмыкнула и ответила, что подаёт только на Пасху: "Или перед Рождеством. – Улыбнулась: – Дотяните?"

"Тебе несвойственен гуманизм! – упрекнул я.

 – Отступи от циничных капиталистических принципов и проведёшь ночь в лучшем номере отеля!"

Я попытался "ловить" на Пашину удочку, предлагая "Хоят" в качестве разменной монеты. Однако уличную девушку трудно провести. Алёна пожала плечами, и мы разошлись, чтобы повторить разговор завтра (за незначительными вариациями).

Лапша с курицей была готова. Выкрикнули мой номер, я подошел, принял коробочку. Уселся на скамейке/парапете в десяти шагах от едальни, развернулся лицом к океану.

Знаете, приятно есть лапшу, повернувшись лицом к Океану. Местные жители и аборигены из Поднебесной не ухватывают кайфа, но я почувствовал его моментально. И даже больше: поймал себя на мысли, что в тёмной комнате недостроенного отеля было бы ещё… мистичнее. Да-да. Именно так. Меня самого удивило мимолётное (и явно порочное) настроение. В нём присутствовало нечто странное и страшное одновременно.

Вонь морской капусты (я уже говорил) загнала меня на верхний этаж в дальний конец коридора.

Туда я перетащил матрас, узбекское стеганое одеяло, кипятильник, баночку из-под огурцов для кипячения воды и цибик чаю. Лифт предсказуемо не работал – его просто не существовало. На первом этаже вода из крана чуть-чуть бежала (самотёком), на последних этажах её не было в принципе. Систематическое электричество отсутствовало. И всё же… я представил себя у панорамного окна, с коробкой лапши в левой руке, с палочками в правой… над океанской пропастью… как чайка, по имени Джонатан Ливингстон…

Я всегда мечтал попробовать быть чайкой… будто кто-то из живущих не мечтал?.

.

– Забавно наблюдать за человеческими детёнышами.

Мысли опрокинулись:

– Что, простите?

– Я говорю, забавно наблюдать за человеческими детёнышами.

Механически я согласился ещё раз, кивнул:

– Вы правы. – Потом задумался, отступил на полшага в своём согласии, сделал допущение: – Вероятно.

Чайкой я не стал (не в этот раз).