Луна цвета стали

Сталин положил на стол трубку и обвел взглядом собравшихся.

– Кто еще хочет высказаться, товарищи?

– На мой взгляд, Лев Захарович сгущает краски, – взял слово Жуков. – Я сейчас не о положении в Крыму, а о действиях генерал-майора Нагулина. Этот человек зря волну поднимать не станет. Я видел, как он действовал под Ленинградом. Другой бы давно верещал о пополнениях и резервах, а Нагулин решил поставленную задачу имевшимися в наличии силами, хотя даже у меня в какой-то момент возникло ощущение, что он не справится.

Когда такой командир говорит о необходимости срочного перехода к обороне и требует немедленной переброски авиации, у меня возникает непреодолимое желание дать ему вдвое больше самолетов, чем он запрашивает.

– Полностью согласен, – поддержал Жукова Шапошников.

– Вот как? – усмехнулся Сталин. – Похвальное единодушие, однако я бы хотел вам напомнить, товарищи, что если бы у нас была возможность каждому командующему фронтом или представителю Ставки немедленно отправлять вдвое больше танков, самолетов и артиллерии, чем он просит, мы бы уже пили чай в Берлине, а то и на берегу Ла-Манша.

Товарищ Жигарев, в телеграмме генерал-майора Нагулина приведено обоснование количества самолетов, которые мы можем ему отправить без критического ущерба для других участков фронта. Ставку интересует ваше мнение о том, действительно ли мы можем снять и перебросить в Крым часть истребителей из этих фронтовых авиагрупп и не получить в результате непоправимых последствий для наземных войск.

Жигарев ответил не сразу. Окинув всех участников совещания внимательным взглядом, командующий военно-воздушными силами Красной армии негромко произнес:

– Товарищи, а вам не кажется, что для генерал-майора, совсем недавно получившего высокое звание и впервые направленного Ставкой на один из фронтов, товарищ Нагулин слишком много знает о численном составе наших ВВС, их структуре и распределении по фронтам и армиям? Честно вам скажу, судя по его телеграмме, осведомлен он не хуже меня.

Возникла пауза. Отвечать на слова главкома ВВС никто не торопился.

– Это действительно важный вопрос, товарищ Жигарев, – наконец, медленно проговорил Сталин, – и позже мы к нему обязательно вернемся, но сейчас Ставку интересует не осведомленность генерал-майора Нагулина о делах ВВС, а ваше мнение о выполнимости его предложений. Ваше честное и объективное мнение.