Объект контроля

– В одном месте столько добра никогда не валяется, – на любой дурацкий вопрос всегда можно ответить максимально обтекаемо, но так, чтобы это не выглядело откровенным хамством. – Далеко за реку ходил. Километров триста на ноги намотал, пока всё это собирал, не меньше.

– Это за один день-то? – проявляет неожиданную осведомленность Василий.

– Нет, конечно, – меня такими вопросами не смутить, ответы на них я всегда готовлю заранее. – Сегодня я только из схрона добычу забрал, а собирал её там несколько недель.

Что интересно, это почти правда. Артефакты для обмена я действительно добыл далеко не за один раз, и времени это потребовало немало.

За спиной Василия вновь появляется второй охранник.

– Ну что, не нашел травку? – спрашивает он каким-то преувеличенно бодрым голосом.

– Не, чисто всё, – мотает головой Василий, и в его взгляде мелькает какое-то странное удовлетворение. – Ладно, охотник, собирай свою добычу и можешь быть свободен.

Происходящее не нравится мне всё больше. Весь этот спектакль с мифическим приказом шерифа возник не на пустом месте, и пара охранников, которых я за всё время своих походов видел на этом посту хорошо если раза три-четыре, затеяла его не из пустого любопытства и уж точно не ради двух никелевых монет, полученных от меня в виде мелкой мзды.

Я почти не сомневаюсь, что меня притормозили здесь специально, а история с досмотром понадобилась лишь для того, чтобы убедиться, что у меня при себе есть достаточно ценная добыча. Нет, сами меня грабить эти уроды не станут, а вот шепнуть кому надо, что прибыл перспективный клиент, вполне могут.

– Ну, бывайте, бесстрашные борцы с сушеной травкой, – бросаю я охранничкам, выходя из караулки. – Спокойного дежурства.

– Поговори мне ещё… – с ленивым безразличием отвечает Василий. Оба мужика усиленно делают вид, что уже потеряли ко мне всякий интерес.

Медленно иду по главной улице деревни, усиленно изображая усталого охотника, расслабившегося, оказавшись в родном селении. На самом деле я предельно собран и напряженно размышляю о том, где меня встретят. Уже совсем стемнело. К кузнецу идти поздно, его контора давно закрыта, так что от мысли сбросить ему добычу приходится сразу отказаться. С кое-как освещенной дороги скоро придется свернуть.