Ангел Z. Повесть неотправленных голосовых

Их не было в подмышках. И даже на лобке, когда ты не брила его и не ходила на депиляцию пару недель, у тебя была не обычная для земных женщин жесткая щетина, а лишь отдельные тоненькие волосики, на ощупь почти незаметные.

Сначала я заметил только необыкновенную атласность твоей кожи. Еще шутил, помнится, что мужчине не удастся возбудить тебя, Даша Спицына, просто водя рукой по твоим волоскам-антеннкам – за отсутствием таковых.

Чуть позже я понял и другое. Мужчине вообще не удастся возбудить тебя какими-то физическими действиями.

Никому и никогда. Возбудить тебя может только твоя голова. И твое сердце. Если, конечно, у ангелов вообще бывают сердца.

В голове твоей возникает образ. Это не просто образ мужчины – это образ целого мира, который он олицетворяет. Мужчина в нем определяет все. Каков твой мир, каковы его правила. Кто ты сама такая, Даша Спицына. Ты смотришься в своего нового мужчину как в зеркало, силишься понять, какая у него должна быть женщина. И когда тебе кажется, что ты все ухватила, ты вмиг становишься такой.

Я понял это не сразу, это знание собралось во мне в законченную картину постепенно, спустя месяцы жизни с тобой. И оно только подкрепляло мои первоначальные предположения.

То же самое и с сексуальным возбуждением. Только твое представление о том, что рядом с тобой правильный мужчина, твой лидер и повелитель, которому ты веришь и которому отдаешь всю себя целиком, может возбудить тебя. Ничего приходящего извне. Мужчина может только соответствовать.

Предпринимать действия, которые укладываются в это твое представление – ничего кроме.

И только сильно позднее, в момент нашего расставания, когда ты безжалостно рушила наш мир, я понял, что верно и обратное. Когда ты воображаешь себе новый мир, когда конструируешь его из обрывков каких-то невесть откуда взятых представлений, ты представляешь в нем и своего мужчину. Когда меняется образ твоего мира, то меняется абсолютно все.

Старый мужчина растворяется, исчезает в небытии вместе с твоим прежним миром, который тебе наскучил.

Вот только что ты стояла перед ним на коленях, стонала бешено и возбуждалась от того, что он шлепает членом по твоим губам. Умоляла дать член тебе в рот. А когда не давал, ты трогала себя внизу и сразу кончала от одного прикосновения – так ты была возбуждена. А вот ты уже стыдливо прикрываешь рукой вывалившуюся случайно из майки грудь. Немыслимо! Между этими событиями какие-то считанные дни. Ну, может быть, недели.