Так берегись

Три откровенных попытки вымогательства в обмен на сохранение тайны. То есть самый настоящий шантаж. Минимум пять лет заключения в Нунде – если, конечно, дать делу ход.

– Ого. Так это ты нашла на него компромат, а не Кофа?

– И ты туда же, сэр Макс! – укоризненно сказала она. – Что ни сделай, все сразу решат, что это Кофина заслуга. Он, конечно, круче всех в Мире, кто бы спорил. И, справедливости ради, первым о делах сэра Тари Умхаллы узнал. Но свидетельства, которые позволяют официально схватить негодяя за ухо и отвести в Канцелярию Скорой Расправы, всё-таки собрала я.

– Потому что ты уже тоже круче всех в Мире, – согласился я. – Просто как-то очень уж быстро это с тобой случилось. И до нас ещё не дошло. А что за компромат?

– Во-первых, трактирщик, у которого Тари Умхалла в последние годы чуть ли не ежедневно бесплатно обедал в обмен на молчание; зимой у трактирщика умерла жена, ради которой бедняга хранил свою, вернее, их общую тайну, и теперь он готов, если понадобится, всё разгласить. Во-вторых, женщина, которую он склонял к любовной связи, угрожая в случае отказа разболтать газетчикам некоторые малоприятные семейные секреты; леди посоветовалась с родными и теперь готова официально давать показания против него.

И в-третьих, новый сторож кладбища Кунига Юси…

– Грешные Магистры, а от сторожа-то чего он хотел? – изумился я. – Какие блага может дать человеку тайная власть над кладбищенским сторожем? Нет, правда, что?

– Ну так кладбищенского сторожа он тоже домогался, – пожала плечами Кекки.

 – И я его даже отчасти понимаю, сторож – неописуемый красавчик. У него дед с Арвароха, а мать из Куманского Халифата, кейифайских кровей; в общем, та ещё смесь получилась, невозможно спокойно смотреть. Но важно не это, а то, что сторож – приятель моих знакомых. И поэтому рискнул нажаловаться мне на страстного шантажиста. В суде выступать, если что, наотрез отказался, но неофициально использовать полученную от него информацию в ходе расследования разрешил. Впрочем, это не важно, для Канцелярии Скорой Расправы, если что, даже показаний одного пострадавшего более чем достаточно. Короче говоря, с такими козырями уже можно было идти к Джуффину. И я нынче утром пришла. Шеф на радостях обещал поставить мне памятник в полный рост; говорит, на центральной площади всё-таки вряд ли получится, но уж в своём-то саду он полный властелин!

– Хитрый какой, – невольно улыбнулся я. – Таким красивым садовым украшением разжиться – это он ловко повод придумал.