Не Боги. Рассказы

Вы не обращайте внимания на этого оглашенного, он всем тыкает – знакомым и незнакомым, так уж воспитан. Но человек хороший, поверьте.

– Да, тыкаю, – с гонором воскликнул Вася, – и мне не стыдно. Вот президент бы сейчас зашел – я бы и с ним на «ты» поговорил, плевал я на эти условности! А здесь мы вообще равны как в бане, обычные сопалатники. Кстати, ты в доминго играешь?

– Во что? – не понял Артем.

– В домино, Артем… как по отчеству? – спросил Лев Соломонович.

– Григорьевич. Но это совсем не обязательно.

– Так вот, Артем Григорьевич, это он так изъясняется. Достал уже всех в отделение своим домино… и доминго тоже, – и Либерман смущенно засмеялся.

– Играю немножко, – кивнул Артем, – но давайте с этим попозже, ладно?

В последующие часы он поближе познакомился со своими соседями. Человек, которому были чужды всякие авторитеты – Вася Вадеев, – был ветераном «горячих точек». Ему уже несколько лет приходилось ложиться в этот центр за счет ветеранской организации.

А то, что первоначально Артем принял за медлительность и даже некоторую вальяжность, оказалось совсем иным – состояние у Василия было не самым хорошим. Конечно, Василий все это знал, но живой характер, чувство юмора и нежелание сидеть без дела на одном месте помогали ему справляться с недугом. По пути на обед и на самом обеде Вася рассказал, кого из персонала как зовут на самом деле и за глаза. После того, как Артем рассказал свою историю, Вадеев сразу окрестил его «бизнесменом» и по имени называл через раз. Впрочем, Артем быстро привык и не обижался. Либерман был «счетовод» – Лев Соломонович всю жизнь проработал бухгалтером. Оказалось, что вся его семья в Израиле, и все давно зовут его туда. Однако…

– Наверно, я нетипичный еврей, – поджимая губы, говорил Либерман. – Я туда не хочу.

– Дурак ты, Соломоныч, – махал рукой Вася. – Тебя бы там, наверно, давно вылечили.

– Наверно, – улыбнувшись, повторил Либерман. Но Артем видел, что улыбка не была радостной.

С другой стороны, Лев Соломонович с гордостью отметил, что все лечение ему оплачивает семья, на что Василий, засмеявшись, быстро нашел ответ:

– …а в семью в эту входят все евреи Советского Союза!

Либерман погрозил ему пальцем и теперь улыбнулся от души.

Четвертым, отсутствующим пока соседом был Сан Саныч Анисимов, «физик ученый», как его называл Вадеев. Судя по полученной Артемом информации, Сан Саныч всю жизнь занимался наукой.