Дело чести или «Звезда Бенгалии»

Значит, у него была максимум минута, чтобы спрятать алмаз где-то в коридорах или комнатах, и около 10 минут, чтобы спрятать его в пространстве между дверьми. В первом случае, у него было слишком мало времени, чтобы оборудовать надёжный тайник. Максимум, что он мог, это засунуть алмаз в какой-нибудь шкаф или под ковёр. Во втором случае, хотя у него и было больше времени, вряд ли в таком ограниченном пространстве можно было сделать тайник, которого бы мы не нашли. Да и что можно сделать, стоя между двумя дверьми, когда, к тому же, рядом по коридору бегают разыскивающие тебя люди.

Мы бодро взялись за поиски. Сначала внимательно осмотрели двери. Никаких признаков того, что в коробке, стенах или дверном полотне были выбиты какие-нибудь полости. Потом начали осмотр других комнат. На первом этаже – ничего. На втором этаже были осмотрены комнаты князя и княгини. Дарья и Дуняша по просьбе его превосходительства осмотрели даже личные вещи и гардероб, но безрезультатно. Наконец, тщательнейшим образом осмотрев последние три комнаты, и ещё раз, ползая чуть ли не на четвереньках, осмотрев коридор, мы вынуждены были констатировать факт, что либо Григорий Бехтерев за минуту спрятал алмаз так, что мы не в состоянии его найти, либо алмаза «Звезда Бенгалии» в Набережном дворце нет.

Когда об этом сообщили князю, лицо у него вытянулось. Он приказал Брюсову открыть его кабинет, и сказал, чтобы все следовали за ним. В кабинете князь Вышатов, несколько сбавив тон, просил поручика объяснить, что за выходку он совершил, и куда дел алмаз.

Мы повиновались. Я, Дормидонтов, Уваров, Олсуфьев, Гриневский, дворецкий, секретарь и две служанки столпились в коридоре, ожидая результата разговора князя с Бехтеревым с глазу на глаз.

– Если бы тогда на лестнице – проговорил я с досадой, – Лядов не сбежал бы от меня, кражи могло бы и не быть.

– Почему? – спросил Уваров.

– Я хотел послать его на кухню и посторожить Бехтерева. С Ипполитом и Лядовым Бехтерев бы не справился.

– И он от вас убежал?

– По-моему, да. Я почти уверен, что он слышал как я его зову, но вместо того, чтобы остановиться, надел шляпу и вышел на улицу.

– Странно.

– Да, странно. Этот Лядов в конце вечера вообще был не похож на себя! – раздражённо сказал Дормидонтов.