Дар

Трикс, сбривший вчерашнюю щетину, смотрелся на несколько лет моложе, однако сходства с хорьком не потерял. Хищность подчеркивал кинжал, которым казначей стал чистить ногти. Вчерашней нервозности в нем не чувствовалось. Канцлер был все так же подтянут и строг.

– Ну что же, молодой человек, вчерашняя ночь была несколько суматошной и нервозной. У нас так и не было возможности представиться друг другу по всем правилам этикета. Я барон Готфрид фон Катценшайзе-ам-Зее, канцлер великого княжества Арос.

И, фактически, его правитель.

– Трикс Треллони, казначей, глава городской стражи, – не глядя на меня, буркнул мелкий хищник.

– Герр Треллони очень эффективно управляется со сбором налогов и контролем преступности. Он, скажем так, знает проблему изнутри, – улыбнулся барон, – сказывается бурная молодость в рядах пиратов и разбойников.

– Ингрид Торвальдсон, придворный маг, бакалавр магии огня – представилась волшебница, делая книксен.

Вид открывшийся, когда она наклонилась, завораживал.

– Пусть ее молодость и красота вас не обманывают. Фрекен Ингрид во время вторжения кочевников показала себя беспощадной на поле боя.

– И в отношении сдобы,– успел вставить Треллони и тут же увернулся от искры, посланной в его сторону волшебницей. Видимо, эта пикировка велась ими не первый день.

– Теперь, ваша светлость, я представлю вам вас. С сегодняшнего дня вы Великий князь Ароса и окрестностей Кнуд Расмуссон.

Фактически, имперский наместник в наших землях. В течение ближайшей недели Якоб объяснит вам правила поведения при дворе. Если вкратце, то вам дозволяется есть, пить, дремать во время аудиенций и когда я буду вершить княжеский суд. Требуется же от вас только одно – держать язык за зубами и никуда не лезть, во избежание неприятных для вас инцидентов… Я надеюсь, вы меня хорошо поняли? – приподнял вопросительно бровь канцлер.

– Да, барон фон Катценшайзе, – ответил я.

– Смотрите-ка, запомнил и выговорил с первого раза. И это в восемь часов утра! Однозначно лучше своего предшественника. От Кнуда мы бы сейчас добились бы только мычания, – захихикал Трикс.

За дверью раздались тяжелые шаги, затем она распахнулась, впечатавшись в стену, и в комнату ввалился здоровенный мужик в кольчуге, с топором за поясом. Огненно-рыжие волосы выбивались из-под шлема. Готфрид поморщился.