Регрессор в СССР. Лето 1977. Книга 1

Короче говоря, раз я дома, и «не покоцанный», значит всё в порядке. Вот только голова бо-бо.

– … Ну, а уже после того, как Серёга прыгнул с моста, – продолжал Андрей.

– Ого, не помню, – сказал я и наморщил лоб пытаясь всё же вынуть из памяти воспоминания о таком неординарном событии. «Неа… не помню. Точно не помню.» И вообще, с нами ещё и Серёга что ль был?!

– Андрей, постой. Извини, что перебиваю. Извини, я просто тороплюсь. Ты скажи – все ребята живы? Нормально ли, вчера разошлись? – задал я мучивший меня вопрос.

А то – сначала рэп, затем милиция, затем мост …

– Да, всё нормально. Я вот и звоню узнать, ты-то как?

– Нормально. Вот к своим собираюсь.

– Я думал ты уже там. Ты ведь с утра собирался уехать.

– Ну, с утра я не мог, сам понимаешь. Мне всё же не шестнадцать лет, а похмелье дело такое…

– Ну да, ну да, – с грустью сказал собеседник, – Сегодня же годовщина, – вздохнул он, – вот время-то летит, а?.. Глядь, а уже год прошёл.

– Да Андрей, время летит, – подтвердил я незыблемую истину.

Мы помолчали.

– Ладно, короче, ты что-то хотел? А то я опаздываю, – напомнил я другу.

– Да, да. Мне сейчас, наша "рокерша" позвонила. Она попросила её записать. Срочно!

– Хм… Так только же, позавчера записали и свели ей песню.

– Она новую песню придумала. Говорит, это – хит хитов.

– Рад за неё, но я же тебе говорил, что на неделю уеду, да и она, кстати говоря, тоже в курсе. – сказал я, понимая, «стервозничает» девочка, впрочем, как и всегда. – Короче, раз песня хорошая, то пусть репетируют.

Приеду – запишем. Напомни ей, что я уехал. Если нужно срочно записать, то есть ты. И запишешь их не хуже меня, если она не в курсе.

– Ха. Да она то в курсе, но ты же её знаешь. Она хочет, чтоб писал её именно ты. Чтоб с аранжировкой помог, с соло… – издевался надо мной друг. – Уверяла, что всё это можешь сделать только ты и без тебя ничего не получится. Что же касается меня, то по её словам – я ничего в музыке не понимаю и вообще бездарность! – Андрей хохотнул.

Ну да – эта может. Эгоистичная стервозная истеричка, привыкшая добиваться чего она хочет. Но нужно сказать – очень милая истеричка, к которой я как-то даже незаметно для себя привязался.

– Сама могла бы позвонить тогда, – резонно заявил я.

– Она стесняется, – вероятно лыбясь во весь рот, заявил напарник.

– Ладно, Андрюха, я поехал. Скажи, буду через неделю, – сказал я, поняв, что пора заканчивать разговор, а то я так никуда не успею.