Хрономот

–Мы их что, пытать будем? – спросил я с сомнением.

– Нет, – ответил Фер, наполняя шприцы, – сейчас наши спящие красавцы находятся под действием сразу двух веществ: парализующего снотворного и жидкости, миллиграмм которой развязывает язык не хуже литра крепленого вина. Теперь нам надо немного ослабить парализующее действие, чтобы они, наконец, сумели утолить свое жгучее желание ответить на наши вопросы.

Когда мы открыли багажник, я ощутил искорку сочувствия к нашим пленникам. Их смятые, потерявшие свежесть костюмы в сочетании с опухшими от неестественного сна физиономиями и выкрученными назад руками составляли довольно жалкое зрелище.

Но я не забывал: эти двое хотели меня убить, и сделали бы это, если бы смогли. Я не испытывал по отношении к ним ни обиды, ни злости, но я отлично понимал: они сполна заслужили все то, что теперь с ними происходит. Я подумал, что, наверное, никогда не смогу принять в сердце старую евангельскую мудрость: «Если тебя ударили по щеке, подставь вторую». Потому я спокойно наблюдал, как Фер готовит шприц для укола.

Вначале мы решили допросить старшего бандита, хотя он лежал и дальше. Даже когда Фер вколол ему добрую дозу зеленой дряни, он очнулся не сразу. Мы не стали вынимать его из багажника: кудрявый утверждал, что неудобная поза и замкнутое пространство не помешают допросу. Наконец, Мануэль Торрес – так, кажется, звали нашего пленника, вяло открыл глаза. Взгляд у Мануэля был бессмысленный и блуждающий.

– Учитель, где вы? – внезапно захныкал Мануэль, не глядя на нас.

Я вздрогнул от неожиданности. Глаза мужчины вращались во всех направлениях, как у наркомана при ломке. Я чувствовал отвращение и стыд за происходящее. Фер довольно точно описал его теперешнее состояние: Мануэль был в совершеннейшем бреду, губы его двигались без остановки, повторяя одно и то же слово: «учитель». Мозг его шевелился вяло, и им можно, видимо, было легко манипулировать. Этим Фер и занялся.

– Я здесь, сын мой, – сказал Фер успокаивающе. Актер из него был неважнецкий, но наркота, которой он обколол человека, делала свое дело, – ты со мной.

Расскажи мне, чему я тебе учил?

–Мы избранные, – просипел мужчина, безумно вращая глазами, – Мы избранные… избранные…

Мы с Фером переглянулись. Я скорчил рожу.

– Кто такие избранные? – спросил Фер повелительным голосом, – отвечай, мой ученик.

– Лучшие овцы из стада. Пшеница среди сорняков.

– Кто твой хозяин?

– Учитель! – прохрипел мужчина со слезами на глазах.