Хрономот

– Сдохни, – прошипел мой противник, и по выражению его глаз и легкому колебанию руки я осознал, что выстрел прозвучит примерно через полсекунды.

Умирать я не собирался, и потому рывком поднял гитару, защищая прежде всего живот и грудь. Выстрел прозвучал тихо – пистолет был с глушителем. Страшный удар заставил меня отшатнуться, гитара больно врезалась мне в бедро. Однако пуля не прошла навылет. Покупая дорогую гитару, я не сэкономил на кофре: твердый и тяжелый, с толстой внутренней прокладкой, сегодня он спас мне жизнь, хотя, кажется, не спас саму гитару.

Но сейчас было не время предаваться печали по этому поводу. У меня был всего один шанс, и я не собирался его терять.

Я бросился вперед, выдвинув гитару перед собой, как щит. Еще один мощный толчок, на этот раз выше, на уровне груди. Кофр громко затрещал, и на этот раз пуля прошла насквозь. Я ощутил резкую боль в правом боку. Похоже я еще был жив, а если ранен, то не критично: пуля была на излете. Еще один шаг и я повалю этого гада на землю.

Надо будет сразу выкрутить ему руку и отобрать пистолет. Иначе он меня пришьет, как собаку, в упор, и никакой чехол мне больше не поможет.

Еще один выстрел. Удара я не почувствовал. Должно быть, у моего противника сдали нервы, раз он умудрился промахнуться с полутора метров. Я толкнулся левой ногой и ощутил то, чего так хотел: столкновение. Это оказалось на удивление легко: он повалился на спину, и я мгновенно оседлал противника, отшвырнув ставшую ненужной гитару в сторону. Его правая рука, сжимавшая пистолет, отлетела в сторону, оружие выпало из ладони.

Я быстро согнул его ослабевшую кисть в запястье, перехватил левой рукой. Поднявшись на одно колено, я с силой надавил правой рукой на его локоть: этот прием должен был заставить его перевернуться на живот. Мельком я заметил лицо моего противника – удивленное и какое-то безвольное. Он перевернулся тяжело, как мешок с песком, и только сейчас я увидел торчащую из-под самого затылка длинную иглу. Именно поэтому он уже не боролся. Возможно, кто-то решил мне помочь. Я медленно встал и обернулся в поисках нежданного благодетеля.

Это был молодой парень, на вид я ему мог дать лет двадцать пять – тридцать. Первое, что мне бросилось в глаза в его внешности – огромная пушистая копна кудрявых волос, прямо как у Джима Моррисона на старых фотографиях. В руке у парня был пистолет. Ствол смотрел в землю, однако сейчас вид оружия был мне неприятен как никогда. Не хотелось снова уворачиваться от пуль.