Армада

– Они под нами, – догадка посетила меня слишком поздно.

– Раттлер! Берегись! – заорал я, глядя на майора, но было уже поздно.

Крайнего гренадера почти мгновенно по пояс затащило под землю. Его крик оборвался сразу… Упал на колени второй, тоже закричал. Рухнул на грунт. Пластины в области живота взорвались кроваво-металлическими ошметками.

Затем песок передо мной буквально взорвался светло-коричневым вихрем. Меня с такой силой ударило в грудь, что я сам того не ожидая, отлетел на камни. С неожиданной силой ударившись виском о внутреннюю часть шлема.

Голову прострелила настолько острая боль, что меня мгновенно вырубило…

Глава 3. Я – один

Я открыл глаза, но почти ничего перед собой не увидел.

Бронестекло шлема частично запотело, наверное, поэтому свет почти не пробивался внутрь.

– Ава, ты здесь? – спросил я, обратившись к искусственному интеллекту. – Детальное состояние скафа!

Тишина. Искин упорно молчал.

– Зар-раза, вот я попал! – процедил я сквозь зубы, ощутив ледяные мурашки на спине.

Я не мог пошевелить ни рукой, ни ногой. Сервоприводы отключились. Передо мной мигали системные сообщения о том, что уровень заряда батарей критический. Его хватало лишь на поддержание моего собственного жизнеобеспечения. Да и то, кажется, в ближайшие пару минут все должно было вырубиться.

Судя по всему, была ночь. Мля, сколько же я провалялся в отключке?

Попытался отследить хронологию и понять, что посадило мне батарею, которая теоретически, могла год обходиться без основной подзарядки.

Не отследил. Подавляющее большинство функций не работало.

Единственное, что пришло мне в голову, снять разблокировку. Но подобное категорически запрещено – это означает, что я останусь без защиты в прямом контакте с атмосферой спутника. Дерьмо! Но какие еще варианты?

В аварийном ранце, которым оборудован каждый бронекостюм, имеется запасная батарея. Теоретически, можно попробовать ее заменить, только сделать это нужно очень быстро.

Я взвесил все за и против, выдохнул.

Нашарил рычаг аварийной разблокировки скафа, выдавил его на полную. Послышались тихие щелчки. Сразу стало свободнее. Откинулись передние бронепластины, а я наконец-то обрел возможность двигаться.

Кажется, реально была ночь. На меня сразу же дунуло холодом, причем ощутимым. Я прищурился, клубы песка, гоняемого ветром, едва не забили мне глаза.

Если днем было плюс семь градусов, то сейчас определенно был минус, причем серьезный. Сразу же сковал озноб.