Лесник: Назад в СССР

Рысь, – помедлив, ответил тот. – Но ни один из них не стал бы ломиться в дом, особенно, если там вооруженный человек. Кузьмич без раздумий стрелял во все подряд, любой зверь убрался бы куда подальше.

– А он мог быть заражен бешенством?

– Кто? Кузьмич? – не понял старик.

– Тьфу ты. Зверь!

– Мог, – в один голос отозвались Монгол с Иванычем. – Хотя и маловероятно.

– Так, раз есть следы когтей, значит, волк из подозреваемых исключается? – уточнил я.

– Да йопта… Ну, какой волк? Считаю, что это вообще был не зверь, – возмутился егерь.

Кажется, он не на шутку струхнул, что меня удивило. – Я никогда не видел, чтобы зверь так настойчиво пытался вломиться в зимовье!

– А какие признаки бешенства? – продолжил я.

– Ну… Зверь с бешенством вообще ничего и никого не боится, у него напрочь заглушен инстинкт самосохранения. В разы повышена агрессивность. Бросается на все живое. Еще пена у рта, шкура выглядит так, будто зверь линяет. Глаза навыкате.

– Значит, будем отталкиваться от того, что это мог быть какой-нибудь бешеный медведь!

Остальные восприняли мою версию скептически.

Старик недовольно покачал головой.

Я подошел, поднял валяющееся на полу ружье. Естественно, оно было разряжено. Вокруг лежали стреляные картонные гильзы. Отыскал патронташ – тот был пуст. Обратил внимание, что Кузьмич стрелял не только в дверь, но еще по ставням и стенам. Черт возьми, старик что, выстрелял весь боезапас в никуда? Просто неистово, на эмоциях, стрелял во все стороны? У него что, крыша поехала?

Бред какой-то.

– Я это… Пойду, снаружи посмотрю, есть ли там какие-нибудь следы! – задумчиво пробормотал охотник и вышел из избы.

Матвей Иванович тяжко вздохнул, опустился на кривую табуретку. С тоской посмотрел на своего покойного коллегу.

– Черт возьми, Кузьмич! – тихо пробормотал он. – Ну как же так вышло?

Я не стал вмешиваться, по выражению лица Иваныча все было понятно. Он мужик жесткий, хоть и в возрасте уже приличном.

Смелости ему не занимать, такого человека в трусости не обвинишь. Будучи безоружным, Матвей Иванович как-то отбился от волчьей стаи и выжил. В одиночку повел за собой разъяренную медведицу… Войну прошел. Он отличался поразительной выносливостью и твердым внутренним стержнем. Он толково рассуждает по многим вопросам, однако случившееся все-таки выбило его из колеи. И как ни крути, а у каждого человека, даже самого сильного, непременно есть слабое место.