Спасти ЧАЭС: 1985. Книга 3

Смотри, Савельев! Когда жену будешь подыскивать, присматривайся заранее и повнимательнее. Уж поверь, я с подобным не первый раз в жизни сталкиваюсь.

Ну, психолог, блин… А сам-то чем отличается? Чужих жен уводить, влезать в чьи-то отношения не гнушается, зато других осуждает. Фингал недавно у кого был? Сам точно такой же, только без юбки. Нет, такой тип людей неисправим, они всегда есть и будут.

– Ладно, это все уже неважно, – плохое настроение Кулагина как рукой сняло. – Я тебя зачем позвал-то… У меня тут важное обстоятельство.

Скоро уход на пенсию намечается, в начале-середине апреля. Думаю, холодов уже не будет, поэтому решил я баньку в Копачах построить. Я же сам, считай, местный. Брат у меня там младший живет.

– Так… – протянул я, еще не понимая, о чем речь.

– В общем, дело, как бы добровольное… – замялся Кулагин, осмотревшись по сторонам. – Хочу взять с нашего батальона человек шесть ребят покрепче, ну чтобы баньку быстрее и добротнее построить. Вот, думаю, тебя тоже у комбата отпросить. Ты хоть человек здесь и новый, но уже успел себя зарекомендовать с хорошей стороны.

Что скажешь?

– Э-э, да так с ходу и не решить, – замялся я. Это обстоятельство стало для меня неожиданным.

– Ты не переживай! – ответил он, многозначительно подмигивая. – Накормлю, одежду рабочую дам. Где поспать организуем, с этим тоже проблем не будет. Ну сам подумай, чего вам тут сидеть? А чтобы согреться-то, Сашка, брат мой младший, самогон такой гонит, что закачаешься! Ну?

– Я согласен, товарищ прапорщик, – улыбнулся я, сделав свои выводы на этот счет.

 – Только вот не знаю, отпустит ли комбат?

– Отпустит, уж я с ним общий язык найду. – подвыпивший Кулагин был на сто процентов уверен, что перед ним все двери открыты. – Он мужик понимающий, сам же потом ко мне в баньку в числе первых пойдет.

Ну да, в свете последних событий, даже не знаю, как теперь меня Прудников жаловать будет. К тому же приезд Андрея тоже может внести свои коррективы. Но я решил не расстраивать Кулагина, все-таки, несмотря на любвеобильность, сам он человек был хороший.

По крайней мере, пока плохого о нем сказать было нечего.

– Вот спасибо тебе, Савельев! – обрадовался он. – Тебя, кстати, как звать?

– Алексей.

– А я Петр. Петр Николаевич. Значит, по рукам? Как все будет готово, я вас заберу к себе, на недельку. Ну а там, как построим, эх! И поработаем и отдохнем.

Я промолчал, лишь улыбнулся.

– Торопишься? – спросил он, догадавшись, что я еще не ужинал.

– Да не особо.