Мятежник

Эти узоры напоминали широкие или узкие линии, некоторые были похожи на ветви деревьев, от которых в разные стороны шли линии поменьше, а те, в свою очередь, распускались еще более мелкими линиями. Что-то похожее Хейду видел на окнах жилища Эрла, когда зимними вечерами сидел у окна и учил уроки. Мороз рисовал на окнах необычные картины, и юноша помнил, как он зачарованно смотрел на это необъяснимое, красивое зрелище. Такие же узоры, только во много раз больше и еще прекрасней, были на этих грандиозных воротах.

– Знаешь, почему их называют Кровавыми? – нарушил наступившую тишину Рагнар, когда они остановились перед воротами.

– Нет, – почти шепотом ответил Хейду, не отрывая взгляда. Он говорил тихо, потому что думал, что от громкого звука эта красота, такая хрупкая с виду, может рассыпаться. Но любой, кто пересекал эти ворота, знал, что они тверже и крепче, чем любой камень.

– Пять тысяч лучших сынов солнечной Андалии сложили здесь свои головы. Им противостояло всего восемь сотен воинов великого князя Велироба.

Но ледяные люди так и не пропустили людей из Внешнего мира в Подледье. Когда битва закончилась, здесь все было в крови андалийцев. Кровь остыла и замерзла, и долго еще это место имело кроваво-красный цвет. Люди Равнин навсегда запомнили ту картину и пугали рассказами об этих воротах своих детей. Теперь понимаешь, какие там живут люди и к чему может привести твой неуправляемый язык?

– Видит великая Эра, я не боюсь никого, кого могу встретить за этими воротами. Меня учили сражаться, а не бояться, – дерзко ответил Хейду, сжимая кулаки.

– Ты поклоняешься новым богам? – удивленно изогнул бровь Рагнар.

– Ни новым, ни старым. К ней всегда обращался мой отец… – Хейду осекся. – Мой учитель.

– Будь аккуратнее, здесь чтят только старых богов и смеются над новыми. Стоит тебе произнести ее имя, и тебя повесят на первом же ближайшем дереве.

– Дикари, – сплюнул Норунг.

Раздался оглушительный шум, да такой, что на мгновение Хейду решил, будто рушится тоннель. Возникла мысль бежать, но он видел, что его спутники совершенно спокойны и стоят на месте, и вскоре он понял почему: с грохотом начали открываться Кровавые ворота.

Лед под ногами дрожал так, что со стен то тут, то там начали откалываться льдины и падать вниз, разбиваясь на множество осколков. Вот между огромными створками ворот, которые медленно и неумолимо расходились в стороны, появилась полоска света. Свет был необычный, с оттенком зеленого и голубого. Это было грандиозное зрелище.