Полмили до небес

Какой у вас сложный язык.

– А мне французский кажется тяжелым. Пятнадцать букв пишется, три произносятся. Ладно. Переоденусь – и купаться!

Женька оставил Марианж одну. Он быстро натянул плавки, легкую рубашку и шорты, и вернулся обратно, не забыв пляжный коврик.

– Я готов! Идем!

Поддерживая Марианж под руку, он спустился из сада к воде по узкой тропинке между выброшенными вулканом глыбами. Здесь хорошо поработал океан: вдоль берега тянулась полоса песка, отделенная от общественного городского пляжа крутой каменной грядой.

Удобное место для того, чтобы отдохнуть в одиночестве от городской суеты.

Марианж без тени стеснения скинула платье и осталась в одном купальнике. Женька расстелил коврик и застыл, смущенно теребя пуговицу на рубашке.

– Ну, что же ты? – выкрикнула Марианж. – У вас все такие… стеснительные?

– У нас зимой минус двадцать. Голышом не походишь. Это здесь – натуральный рай. Тепло, море, воздух, как говорит мой папа.

С минуту Женька колебался, потом все же скинул шорты и рубашку.

– Ого, как тебя отделали! – воскликнула Марианж по-английски.

Она коснулась кончиками пальцев синяков на спине у Женьки и спросила по-русски:

– Очень больно?

– Терпимо. На мне все заживает, как на собаке! – не без бахвальства ответил он.

– Зачем вы сравниваете себя с собаками?

– Это просто такое устойчивое выражение. В английском тоже есть выражение «выглядит, как то, что кошка притащила». Но мне бы не пришло в голову сказать, что американцы сравнивают себя с кошками.

– Не пришло в голову… – проговорила Марианж. – Интересное выражение. Извини, я не хотела тебя обидеть.

– Да ладно. Пойдем лучше нырнем поглубже. Я тебе кое-что покажу.

Женька бросился в океан, в теплую как парное молоко, соленую воду. Раны защипало, но боль быстро утихла. Тело тут же налилось силой. От истомы, сонливости не осталось и следа.

Марианж бросилась следом, нарочно подняв тучу брызг. Она игриво плеснула в лицо Женьке морской водой и поплыла прочь.

– Догоняй!

Женька бросился за ней – он плавал, как рыба, быстро догнал и ухватил за ногу.

Пальцы скользнули по гладкому бедру. Марианж не смутилась, только ударила по воде кулаками. Женька нырнул и тут же выскочил на поверхность:

– Ах ты, чертовка!

Он схватил Марианж за торчащие из воды шоколадные плечи. Она не стала отстраняться, только спросила:

– Что ты мне хотел показать?

– Нам нужно доплыть вон туда, – Женька указал на черную скалу, вертикально обрывающуюся в воду.