Небесный всадник

 – Вы убили их всех!

– Назови хоть одну причину, по которой я должен оставить тебя в живых.

– Я – Дикий Кот, сын верховного вождя. Если я не вернусь, команчи будут мстить за меня! Они выйдут на тропу войны! Тогда бледнолицым придется плохо.

Только сейчас я понял, что тот, кого я принял за вождя, очень молод. Не старше семнадцати, может, восемнадцати лет. Наверное, он, в поисках подвигов и приключений, тайком сбежал из родительского вигвама. Если так, то ему надо всыпать хорошего ремня и на неделю посадить под замок.

Но убивать, пожалуй, рановато. Может быть, этот урок пойдет ему на пользу?

– Аргумент, – согласился я. – Живи. Но пограбить тебя мне придется.

Дикий Кот замотал головой так, что, казалось, она сейчас у него отвалится.

– Не пограбить! Все твое по праву победителя! Лошади, ружья. Даже пленница! Ты – страшный воин!

Скорее, у меня страшное оружие. Но… Боже мой! Я совершенно забыл о девушке!

– Что вы с ней сделали? Если она умрет, клянусь, ты не проедешь и десяти шагов!

– Это дурман! Сок кактуса! Скоро она придет в себя!

– Вот что.

Слезай с коня и положи пленницу на землю. Потом бери еще одно копытное, то есть, лошадь, сложи на него трупы убитых и вали на все триста шестьдесят градусов… а, стой! – сказал я, заметив на поясе Дикого Кота револьвер. – Эту штуку давай сюда. Пригодится.

Индеец точно выполнил мой приказ. Я великодушно оставил ему ружье и томагавк – вдруг на него нападет залетный ягуар? Когда Дикий Кот тронулся в скорбный путь, я окликнул его:

– Твои приятели настоящие камикадзе!

Но молодой команч, разумеется, не понял реплику.

И все же он остановился.

– Не знаю, как ваше имя, но отныне вы желанный гость в вигваме моего отца! Уверяю: вам никто и никогда не посмеет причинить вреда!

Через минуту ветви деревьев скрыли индейца от моих глаз. Если бы у меня не оставались важные дела, я мог бы с комфортом отвезти его домой и лично сдать под опеку родителям.

Уж я бы позаботился о том, чтобы непутевый сын вождя неделю не мог сидеть на пятой точке.

Глава 11. Схватка с хвостиком

На траве, связанная по рукам и ногам, недвижимо застыла жгучая брюнетка. Смуглая, как у всех мексиканок, кожа, черные, будто нарисованные углем, брови, длинные ресницы и маленький чувственный рот, предназначенный… ну, я так думаю, для жарких поцелуев.