Зашифрованный план (сборник)

После обеда, двигаясь к выходу, я несу перед собою свой пропуск – ложку, как свечку. В дверях – заминка. Выйти хотят обязательно все сразу. Меня тискают, давят, и на улицу я еле выбираюсь.

Дома я обнаруживаю, что пуст мой карман, бумажник исчез. Там были деньги и, главное, удостоверение и справка!.. Счастье мое, что билет на поезд лежал в записной книжке. Там же оказался забытый червонец.

Сначала я негодую, но потом мне становится даже весело! Вот славное положение! Как говорится, кругом шестнадцать!..

3

…В Питере так же мерзнут руки, как и в моей Сибири.

Особенно, когда они в худых перчатках…

Я спешу на толкучку, боюсь пропустить самый выгодный час.

Давно уже новый день. Давно один за одним обгоняют меня трамваи, и поет под ними железо.

Иду вслед трамваям упрямо. По дороге рассчитываю: два этюда… Если каждый по полтора рубля, то как раз хватит ровно до того момента, когда наступит срок моего билета, то есть на два дня… Денег у меня нет. Червонец не в счет. Он неприкосновенен – удостоверения тоже нет.

Есть только база, ненадежная, как сыпучий песок, – моя квартирная хозяйка.

Плачу я ей рубль в сутки за угол в душной лампадной каморке.

Сегодня я совсем другой человек. Немножечко голодный и поэтому очень изобретательный и энергичный. Главное же – прожит мерзкий вчерашний день!

Близок Обводный канал, скоро и рынок. Уже встречаются его «передовые».

Краснощекая молодуха тащит граммофонную трубу и лукаво обещает своему спутнику:

– Я как заиграю… как заиграю!

Сейчас самый важный момент.

Я подтягиваюсь, обдергиваюсь, точно кулачный боец. Крепче обхватываю свои этюды и впираюсь в движущуюся людскую гусеницу.

Меня сжимает, подталкивает и тащит вперед. Пробираюсь к краю потока. Там – кисельные берега. От коробов с горячими пирожками валит густой пар. Оборванец звенит протоптанной пяткой в медный зеленый чайник.

– Эй, налетай!

Над плотной толпой повисли многоголосые разговоры. Кого же мне выбрать для первого раза?

Вон дамочка в яркой шляпе, в каракуле, роется в золоченой посуде.

Посуда на скатерти, скатерть на снегу.

– Простите, – говорю я мягко и с достоинством. – Не купите ли два этюда сибирского художника?

– Нет, – не глядя отмахивается она. – Разве из этого крана течет?

Далека она от искусства!

Я толкаюсь дальше, тру коченеющие уши и мечтательно думаю о теплой пивной.

– Английский галстук! Английский! – потрясает разноцветной тряпкой худой и высокий, как жердь, дядя.