Темная дорожка

Война убивала не только тела, но и души людей – чувство прекрасного оставило горожан. Хорошо бы, если только на время.

Путь преградил военный патруль:

– Ваши документы!

Кларенс протянул удостоверение.

– А! Человек с луны! Интересно? То-то глядим, бродите, высматриваете что-то. Это подозрительно, – улыбнулся старший, в каске и с пистолетом. Кларенс мысленно назвал его сержантом. – Уорент-офицер? Странные у вас звания.

– Так исторически сложилось.

– Понимаю. Воевали?

– Откуда вы знаете? – удивился Кларенс.

– Я довольно долго служу в военной полиции. И разбираюсь, что к чему. Вы не представляете, сколько грязи и мерзости всплывает в смутные времена. У вас же война написана на лице.

– Это было только одно задание.

– Иногда его более чем достаточно, – сержант приставил два пальца к виску, очевидно, отдавая честь. Кларенс отсалютовал ему, приложив наискосок ребро ладони ко лбу, и вдруг спохватился:

– Скажите, Вы слышали что-нибудь о первом заместителе Мадсе?

– Кто ж о нем не слышал? Это легенда.

Герой. В одиночку остановил целую армаду. О нем слагают песни и стихи. Вот послушайте: на месте битвы – металл горящий…

– Да стойте вы! – перебил Кларенс полицейского. – Я не в этом смысле! Где мне его найти?

– Боюсь, это трудно будет сделать. Первый заместитель Мадс пропал без вести. Извините, у нас больше нет времени. Служба.

В кабинете на втором этаже конторы горел свет. Кларенс прошел по коридору, прильнул к замочной скважине двери с номером двести четыре и едва не растянулся на пороге.

Додж Флиин, сидя на столе, держал за руки белокурую девушку-администратора из министерства пропаганды. Кларенс секунду подумал, и, распахнув с ноги дверь, сладко пропел:

– Так вот вы где, голубки. Воркуете?

Девушка побелела, как полотно и сделала шаг назад. Глубокие тени на ее глазах превратились в огромные синяки.

– Я думала, это мой отец, – прошептала она. – Он запрещает нам встречаться.

Додж сжал руки в кулаки и процедил:

– У вас нет никакого такта!

– Возможно.

Цель оправдывает средства, – Кларенс указал на девушку. – И поэтому она расскажет мне все о символистах. А также о причинах ненависти к лунатикам.

– Я не выдаю своих! – пропищала девушка.

– В таком случае твой отец обо всем узнает. Прямо сейчас.

– Вы… – задохнулся Додж.

– Я – добрый и мягкий человек, – перебил его Кларенс, усаживаясь на стул. – И поэтому даю целых три секунды на размышление. Один… два…

– Хорошо! Я скажу! – закричала девушка.