Восьмой Лист

Мне показалось или его пальцы на мгновение окутались каким-то голубоватым свечением? – И что вы?

– Ну… – замялся мальчишка.

– Можешь не оправдываться, я все видел. – Мужчина со вздохом распрямился, вперив немигающий взгляд в главаря, от которого тот сжался, как от удара. – Твоим друзьям повезло, что они остались в живых. Видимо, в школе очень плохие учителя, если вы вчетвером не смогли одолеть какого-то оборванца. Вы позор школы Белого Дракона. А уж использовать Плевок Саламандры против безоружного противника… – Мужчина неодобрительно покачал головой.

 – Это недостойно ученика школы. Так поступают только трусы, Рико.

– Простите, наставник… – виновато потупил взгляд главарь.

– Так, вы! – рявкнул мастер Тан лежащим на земле ученикам. – Поднимайтесь! Хватит валяться на земле, позорить форму школы!

Ого. Я думал, что после таких ударов быстро не встают. Этот странный учитель действительно мастер. И боец опытный. Наверняка страшный противник в рукопашной схватке. Двигался мужчина плавно, просто перетекал с места на место, как ртуть, что выдавало в нем профессионала высочайшего класса.

Так плавно может двигаться дикий зверь, а человеку для этого надо обучаться чуть ли не с пеленок.

– Теперь ты, – глянул на меня этот странный мастер, и я вздрогнул. Если он решит отомстить за своих учеников, то у меня нет шансов. – Как тебя зовут, зик?

Ну вот, и он туда же. Наверное, зик – это какое-то презрительное прозвище, вроде нашего нищеброда или бомжа.

– Мастер Тан, это дурачок с соседней улицы.

Он разносчиком в лавке мастера зелий подрабатывает, – подал голос поднявшийся на ноги мальчишка. А, так вот какой запах я учуял. Он шел от холщовой сумки, какие носят через голову, лежащей у самого входа в каменный мешок. Там наверняка были какие-то склянки с лекарствами, которые и разбились до того, как на сцене появился я.

– Вы пали в моих глазах еще ниже. Шангар, ты хочешь сказать, что вас, после трех лет обучения, отделал какой-то безмозглый дурень?

На лице мастера Тана наконец-то появились эмоции, и они точно не несли уже пришедшим в себя и пристыженно опустившим головы мальчишкам ничего хорошего.

 – Ладно, наказание вам я назначу позже. И не думайте, что легко отделаетесь. Ты! Разносчик, ты понимаешь то, что я говорю?

Я утвердительно кивнул. Уровень адреналина, который во время боя является естественным анальгетиком, начал уменьшаться, и вместе с этим на меня накатилась боль. Голову и ребра эти малолетние ублюдки отпинали мне хорошо.