Падение летающего города 3. Путь высшего

Я выбросил её утяжелённый железным замком конец навстречу живому трупу.

Без «Отталкивания Вещества» использовать вязку сложно: нельзя ни управлять изгибом верёвок, ни направлять петли точно в цель, ни замыкать замки. Благодаря урокам Илиина, который надеялся сделать из меня славного небесного мента, я научился ловко бросать вязки даже без озарений.

Верёвка оплела руку с копьём – я дёрнул лесного воина на себя, одновременно откатившись в сторону. Он упал лицом в деревянный пол хижины. Бормоча о крови низких, начал подниматься, опираясь на копьё.

Постанывая от боли в раздробленной ноге, я перекатился ещё дальше, одновременно наматывая верёвку. Рука лесного воина с хрустом вывернулась за спину, но тот не закричал от боли, а продолжил жаждать крови низкого.

Я перебросил верёвку на горло воина и потянул на соединение с замком. Снова раздался едва слышимый из-за грохота хруст суставов, и воин заткнулся. При этом продолжал вяло шевелиться. Защёлкнув замок на верёвке, я откатился в сторону, одновременно натягивая верёвку.

Добивать его сил уже не было.

И тут я понял, что брёвна больше не сыпались. Затишье продержалось несколько долгих секунд. Я боялся стонать, чтобы не нарушить эту успокаивающую тишину… Потом началось!

Мощнейший «Удар Грома» сотряс пол и стены хижины. Я был уверен, что это дело кулаков Хаки Энгатти. Вслед за ним последовали ещё несколько громовых ударов, такой же силы.

Подскакивая от ударов на деревянном полу хижины, я снял с пояса шкатулку и вынул кристалл «Мягкие Руки». К сожалению, мои Линии были ещё тонки, они едва осилили первую ступень целительского озарения. Сколько я ни водил руками по моей страшно раздавленной ноге – лучше не стало.

Тем временем огонь занял всю стену хижины. Я подобрал копьё, опёрся на него и, подогнув раздробленную ногу, заковылял к выходу.

Вся хижина регулярно сотрясалась от «Ударов Грома», к которым присоединились «Взрывы Воздуха» и гулкие перекаты «Порывов Ветра» – любимые озарения небесных воинов.

Я несколько минут прыгал перед горящей стеной, отыскивая выход из хижины. Хотя пожар и был сильным, но я почему-то был уверен, что не погибну в нём.

Уверенность всех небесных воинов в том, что высшие не гибнут от такой ерунды, как горящие хижины, давно передалась и мне.

После очередного «Взрыва Воздуха» обугленные брёвна зашатались и упали, открывая мне выход наружу.