Сэлмен

– Сэлмен, ты меня слышишь? – Послышался голос с другого конца.

– Да, а кто спрашивает?

– Это Дрейк. Ты что там, совсем в запой ушел? Я уже третий день до тебя дозвониться не могу.

– Тебе-то какое дело?

– Слушай меня! Ты обязан прийти, я нашел тебе работенку.

– На кой мне сдалась эта работенка?

– Не дури, я знаю, что тебе позарез нужны деньги. Не понимаю, как ты еще выживаешь.

– Дрейк, оставь меня в покое, мне сейчас не до этого.

– У тебя есть дела поважнее? Опять будешь нажираться и бултыхаться в собственной блевотине? – Сэлмен протер свой рот, будто Дрейк мог его видеть.

– Ладно, ладно, я буду там. Только не делай вид, словно ты делаешь мне одолжение, хорошо?

– Просто приди и все, желательно вовремя. Все, жду. – Дрейк резко бросил трубку.

Сэлмен прекрасно сознавал, что Дрейк на самом деле делает ему одолжение тем, что так сильно о нем беспокоится. Но не видел никакой нужды в своем существовании, и поэтому чувствовал, что человек, помогающий продлить его жизнь, лишь усугубляет его страдания.

03

Джек Фридман, по прозвищу Буйвол, сидел в своем теплом комфортабельном офисе. На дубовом столе были разбросаны папки с документами. Он сосредоточенно разглядывал три папки, лежащие перед ним, и, наконец, подняв их, произнес:

– Эдисон. Альфред. Каин.

Его хмурое лицо выражало глубокое недовольство. Тяжело вздохнув, он произнес:

– Мне это совсем не нравится. Чего ради один из документов засекречен? Глупость какая-то.

Послышался стук в дверь.

– Да, заходи. – Произнес Фридман.

В комнату вошел Дрейк, лицо его было необыкновенно серьезным. Аккуратно закрыв за собой дверь, он сказал:

– С какой стати ты вдруг решил передать это задание кому-то другому? Ты обещал мне, что Карл получит эту работу. И никто другой.

Джек подозрительно посмотрел на него.

– Ты о чем? Кто, черт возьми, такой Карл?

– Я имел в виду Сэлмена.

Джек поморщился

– Да что ты говоришь? Это и есть настоящее имя этого ублюдка? – Ухмыльнулся он. – По нему как-то и не скажешь, что он Карл.

– А что, у всех Карлов какой-то особенный шнобель или родимое пятно на попе? – удивился Дрейк.

– Не знаю, но мне знаком лишь один Карл, который был одно время моим напарником, выдающийся детектив. Любил по утрам рассказывать, что ему снилось ночью.