Невыносимый

Буквально в сотне метров от нас, чуть ниже края плато, на котором мы стояли, находились… чёрт знает что такое. Затрудняюсь, как лучше назвать то, что там находилось. Какие-то постройки, скорее даже, целый городок, хотя таких странных населённых пунктов я прежде никогда не видывал. Чтобы лучше понять, что же передо мною, я включил инфракрасный прицел своего БСК и навёл его чёрные постройки.

Прямо в центре посёлка – или того, что я принял за посёлок – высились большущие пирамиды – три из них имели высоту около двадцати метров, а четвёртая, самая крупная, казалась раза в три поболее.

С близкого расстояния она выглядела настоящей горой, двадцатиэтажный дом был бы, пожалуй, пониже. Пирамиды выглядели достаточно крутыми – угол наклона их граней явно превышал сорок пять градусов. Кроме того, стороны их были гладкими, так что быстренько забежать на вершину ни одной из них не удалось бы. Впрочем, назвав их гладкими, я, пожалуй, даже покривил душой – пирамиды казались отполированы, так что, думаю, в солнечную погоду они даже свет отражали, подобно зеркалу. У подножия пирамид во множестве размещались довольно крупные, хотя и невысокие постройки. Я мог видеть колоннады, внутренние дворики, высокие стены, разделявшие территорию наподобие кварталов. Всё это имело довольно сложную архитектуру, переплеталось, цеплялось друг за друга, так что взгляд оказывался неспособен разом охватить план посёлка.

Что и говорить – зрелище казалось очень странным. Даже тревожным. Меня сразу смутило то обстоятельство, что нигде не было видно ни единого огонька, ни одного живого звука не доносилось до моих ушей.

Даже если сделать поправку на ночное время, такая тишина выглядела очень подозрительной. Какой бы захолустной не была деревенька, там обязательно то звякнет цепь, на которую привязана собака, то стукнет копытом переступающая в конюшне кобыла, то заскрипит на ветру незакрытая калитка. Уж я-то полежал в Чечне в ночных засадах, мне ли не знать о ночных звуках! Здесь я ничего подобного не слышал; не населённый пункт, а прямо кладбище какое-то…

И потом… Ещё какая-то странность ощущалась во всех этих постройках.

Нет, дело не только в пирамидах, хотя они сами по себе представлялись весьма необычными сооружениями – ведь никто и никогда не строил их для проживания людей. Я почти полминуты таращился через инфракрасный прицел на приземистые сооружения, пока, наконец, понял почему они показались мне необычными.

Там отсутствовали окна. Речь не о стёклах – о проёмах.